Юридический анализ состава за дезертирство

Действующее законодательство предусматривает уголовную ответственность за преступления против военной службы, под которыми понимаются общественно опасные деяния, посягающие на установленный порядок прохождения военной службы, совершенные военнослужащими, а также гражданами, пребывающими в запасе, во время прохождения ими военных сборов. Общественная опасность такого рода криминальных деяний связана и с тем, что они занимают существенное место в структуре преступности военнослужащих

2015-08-28

519.2 KB

12 чел.


Поделитесь работой в социальных сетях

Если эта работа Вам не подошла внизу страницы есть список похожих работ. Так же Вы можете воспользоваться кнопкой поиск


Содержание

[1] Содержание

[2] Введение

[3] 1 Исторические аспекты регламентации уголовной ответственности за дезертирство

[4] 1.1 Становление и развитие уголовного законодательства об ответственности за уклонение от прохождения военной службы

[5] 1.2 Субъективная сторона в преступлениях против военной службы: некоторые проблемы теории и практики

[6] 2 Юридический анализ состава за дезертирство

[7] 2.1 Мотив преступлений и социально-экономические причины дезертирства (ст. 338 УК РФ)

[8] 2.2 Особенности квалификации и разграничения составов преступлений самовольного оставления части или места службы (ст. 337 УК РФ) и дезертирства (ст. 338 УК РФ) в УК РФ

[9] Заключение

[10] Глоссарий

[11] Список использованных источников

[12] Приложение А

[13] Приложение Б


Введение

Действующее законодательство предусматривает уголовную ответственность за преступления против военной службы, под которыми понимаются общественно опасные деяния, посягающие на установленный порядок прохождения военной службы, совершенные военнослужащими, а также гражданами, пребывающими в запасе, во время прохождения ими военных сборов. Общественная опасность такого рода криминальных деяний связана и с тем, что они занимают существенное место в структуре преступности военнослужащих. Причем в последние годы происходит качественное изменение характера этого вида преступности: все чаще такие противоправные деяния связаны с другими преступлениями – насильственными действиями в отношении сослуживцев и командиров, убийствами, хищением огнестрельного оружия и боеприпасов, разбоями и пр. Все это еще более повышает общественную опасность рассматриваемых уголовно наказуемых деяний и определяет необходимость их изучения с целью разработки эффективных мер предупреждения. Надо отметить и высокую латентность рассматриваемого вида преступлений.

В качестве главного признака, объединяющего преступления против порядка пребывания на военной службе, в научной литературе указывается цель – нежелание субъекта пребывать на военной службе и исполнять обязанности, вытекающие из нее.

Таким образом, целью курсовой работы является анализ уголовной ответственности за дезертирство.

Для детального изучения данной цели мы выделяем следующие задачи для раскрытия темы:

- исследовать становление и развитие уголовного законодательства об ответственности за уклонение от прохождения военной службы;

- охарактеризовать некоторые проблемы теории и практики субъективной стороны в преступлениях против военной службы;

- рассмотреть мотив преступлений и социально-экономические причины дезертирства;

- проанализировать Особенности квалификации и разграничения составов преступлений самовольного оставления части или места службы (ст. 337 УК РФ) и дезертирства (ст. 338 УК РФ) в УК РФ.

Объектом данной работы являются общественные отношения, складывающиеся в связи с самовольным оставлением части или места службы в целях уклонения от прохождения военной службы, а равно неявка в тех же целях на службу.

Предмет исследования представлен уголовно-правовыми и средствами воздействия на рассматриваемые общественные отношения с позиции повышения их эффективности в борьбе с дезертирством и самовольным оставлением части или места службы.

Структура курсовой работы. Работа состоит из введения, двух основных глав, заключения, глоссария, списка использованной источников и приложений.


1 Исторические аспекты регламентации уголовной ответственности за дезертирство

1.1 Становление и развитие уголовного законодательства об ответственности за уклонение от прохождения военной службы

Назначение армии всегда было и есть - охрана целостности и суверенитета государства, существующего в нем порядка. Вместе с тем военнослужащие никогда не могли бы выполнить возложенные на них задачи, если каждый из них действовал бы по своему усмотрению. Сила армии заключается в единоначалии. Принцип единоначалия наделяет командиров (начальников) властью отдавать приказы и требовать их исполнения, а подчиненных обязывает исполнять такие приказы1.

Военно-уголовное законодательство имеет своей задачей защиту боеспособности и боеготовности Вооруженных сил, других войск, воинских формирований и органов в целях обеспечения военной безопасности Российской. Федерации, личности военнослужащих, их прав и свобод, воинской дисциплины и всего порядка прохождения военной службы от преступных посягательств. Для осуществления этой задачи оно определяет, какие посягательства на порядок прохождения военной службы образуют воинские преступления, устанавливает наказания, которые могут быть применены к лицам, виновным в их совершении. Охраняя общественные отношения в области военной деятельности государства от преступных посягательств, военно-уголовное законодательство оказывает регулирующее воздействие на порядок воинских отношений, способствует предупреждению преступлений, воспитанию военнослужащих в духе строгого соблюдения Конституции Российской Федерации, законов и воинских уставов, добросовестного выполнения воинского долга, уважения норм общечеловеческой морали.

Итак, обратимся к истории и исследуем этапы становления уголовного законодательства об ответственности за уклонение от прохождения военной службы с октября 1917 год и по настоящее время.

После победы в Гражданской войне перед молодым советским государством стала проблема его защиты. Для выполнения этой задачи особое внимание было уделено созданию новых Вооруженных сил, которые по своим показателям намного бы превосходили армии противника.

Этапы строительства Вооруженных сил Советского государства и решаемые ими в связи с этим задачи по обеспечению боевой готовности войск способствовали формированию нового военно-уголовного законодательства. История военно-уголовною законодательства после 1917 г. неразрывно связана с возникновением и строительством советских Вооруженных сил. На всех этапах становления и развития вооруженных сил большое значение придавалось поддержанию соответствующего порядка прохождения военной службы, чему в значительной мере способствовало установление уголовной ответственности за общественно опасные нарушения такого порядка2.

Законодательство об ответственности военнослужащих за совершение воинских преступлений в период Гражданской войны в основном сводилось к регулированию ответственности за уклонение от военной службы.

С первых дней создания Рабоче-крестьянской Красной армии законодатель уделял внимание борьбе с уклонениями от военной службы, особенно с дезертирством. В годы иностранной военной интервенции и Гражданской войны был издан ряд декретов о борьбе с дезертирством, в которых это преступление рассматривалось как одно из самых тяжких и позорных.

27 декабря 1918г. Советом Рабочее - Крестьянской обороны было принято постановление «О борьбе с дезертирством». Рассматривая дезертирство «одним из самых тяжких и позорных преступлений», постановление требовало «обратить всю энергию государственной власти на борьбу с ним». Наказание за дезертирство устанавливалось от денежных вычетов (в утроенном размере содержания за время отсутствия) до расстрела. Укрыватели дезертиров наказывались направлением на принудительные работы на срок до пяти лет.

Постановлением Центральной Комиссии по борьбе с дезертирством от 18 февраля 1919 г. было установлено, что дезертиром является «всякий военнослужащий, отсутствовавший в своей части более семи дней».

3 марта 1919 г. Советом Рабочей и Крестьянской обороны был принят декрет «О мерах борьбы с дезертирством», обративший особое внимание на обязанность организаций Советской Республики по строгому наблюдению за сотрудниками этих учреждений к отбыванию воинской повинности.

20 июня 1919 г. Совет рабоче-крестьянской обороны принимает постановление «О мерах по искоренению дезертирства», в котором подчеркивалась опасность этого преступления и предусматривалось строгое наказание дезертиров (вплоть до расстрела), а также возможность применения к виновным конфискации всего или части имущества и лишение на срок или навсегда земельного надела.

Таким образом, в период Гражданской войны и иностранной военной интервенции Советским государством были изданы нормативные акты, регламентирующие ответственность военнослужащих, оставляющих свои части.

5 февраля 1921 г. ВЦИК и Совет Народных Комиссаров (далее СНК) приняли декрет «О борьбе с дезертирством», предусматривающий рассмотрение дел о дезертирах и их пособниках народными судами, за исключением дел о дезертирстве, совершенном при отягчающих обстоятельствах, а именно:

- дезертирство в боевой обстановке;

- дезертирство лиц командного, административного и комиссарского состава;

- дезертирство, отягощенное с участием в вооруженных шайках (бандитизм);

- укрывательство, пособничество и попустительство дезертирству со стороны ответственных должностных лиц;

- участие в шайках, изготавливающих и распространяющих фальшивые воинские документы.

Дела по данной категории лиц передавались в Революционные Военные Трибуналы фронтов, армий и округов по принадлежности.

Постановлением четвертой сессии ВЦИК IX созыва 1922 г. была дана новая редакция статей, предусматривающих ответственность за уклонение от военной службы. Постановление в целом усилило ответственность за побег, а самовольная отлучка подлежала наказанию в дисциплинарном порядке. Была также введена ч.2 ст.206, которая предусматривала ответственность за уклонения военнослужащих от военной службы перечисленными способами, «учиненные в военное время или в боевой обстановке».

Эти изменения сводились к значительному сокращению продолжительности отсутствия - до двух часов, повторное совершение самовольной отлучки (менее двух часов) стало преступным, введен новый состав самовольной отлучки, сформулированный как самовольное оставление части или места службы, продолжающееся в течение определенного времени (от двух до двадцати четырех часов), повышена ответственность за совершение самовольных отлучек, ранее употреблявшееся понятие «побег» было заменено понятием «дезертирство». При этом изменилось содержание состава преступления, охватываемого этим понятием: под дезертирством стало пониматься самовольное оставление части или места службы, если оно продолжалось свыше одних суток. Намерение лица длительно или вовсе уклониться от несения обязанностей военной службы перестало быть квалифицирующим признаком дезертирства.

В период Великой Отечественной войны законодательство об ответственности военнослужащих за уклонение от прохождения военной службы не подвергалось изменениям, поскольку отвечало задачам борьбы с указанными преступлениями.

В УК РФ 1996 г. за преступления против порядка пребывания на военной службе предусматривается ответственность в ст.ст.337-339 (самовольное оставление части или места службы, дезертирство и уклонение от исполнения обязанностей военной службы путем симуляции болезни или иными способами), которые по своему содержанию несколько отличаются от содержания соответствующих статей прежнего УК РСФСР.

Анализ развития уголовного законодательства об ответственности за самовольное оставление части или места службы позволяет сформулировать ряд выводов:

С первых дней создания Рабоче-крестьянской Красной армии законодатель уделял большое внимание борьбе с уклонениями от военной службы, особенно с дезертирством3.

Принятие в 1922 г. УК РСФСР явилось важным этапом в развитии законодательства, предусматривающего ответственность военнослужащих за уклонение от несения военной службы. В указанном кодексе впервые в законодательном порядке было дано четкое определение трех конкретных составов преступлений: а) побега (ст.204); б) самовольной отлучки; в) уклонения военнослужащего от несения военной службы или от участия в боевых действиях путем причинения себе какого-либо повреждения или путем иного обмана (симуляции глухоты, немоты, слепоты, душевной болезни и т.п.) (ст.206).

Впервые введено понятие «членовредительство», которое позволяет одним словом обозначить уклонение военнослужащего от несений обязанностей военной службы путем причинения вреда своему здоровью.

1.2 Субъективная сторона в преступлениях против военной службы: некоторые проблемы теории и практики

Усиление законности и правопорядка в российской армии – одна из важнейших задач, стоящих перед государством в настоящее время.

Только в таких условиях можно обеспечивать соблюдение воинской дисциплины и, как следствие, боеготовность и обороноспособность страны. При этом решение указанной задачи должно осуществляться по нескольким направлениям, среди которых большое значение имеет совершенствование действующего законодательства о воинской обязанности и военной службе, а также практики его применения.

Одно из центральных мест в системе мер обеспечения воинской дисциплины занимают нормы уголовного права, особенно положения главы 33 УК РФ, предусматривающей ответственность за преступления против военной службы. Стоит согласиться с В. В. Лунеевым, который считает, что «социальная вредность преступлений в этой сфере связана не только с нарушением общественного порядка, характерного для преступных деяний обычных граждан, но также и с ослаблением воинской дисциплины как важнейшей составляющей боевой готовности воинских частей и соединений». Эта мысль, по сути, является развитием положений, высказанных еще в начале XX в. Н. И. Фалеевым: «Охраняя воинский правопорядок путем наказания, государство в то же время охраняет тем же самым и норму правопорядка – воинскую дисциплину»4.

Таким образом, можно с уверенностью говорить об особой роли уголовного права в деле укрепления законности в сфере военной службы в целом и воинской дисциплины в частности, в связи с чем вопросы теории и практики применения норм главы 33 УК РФ заслуживают повышенного внимания. Масштабы данной работы не позволяют охватить весь комплекс проблем, возникающих в сфере правоприменения указанных законоположений, поэтому мы остановимся только на субъективной стороне преступлений против военной службы.

В соответствии со ст. 5 УК РФ «лицо подлежит уголовной ответственности только за те общественно опасные действия (бездействие) и наступившие общественно опасные последствия, в отношении которых установлена его вина». Данное положение постоянно находит свое отражение в разъяснениях Верховного Суда РФ, который систематически указывает на необходимость установления в каждом конкретном случае вида вины, мотивов, целей, эмоциональных состояний, а также доказательств, на основании которых суд пришел к убеждению, что те или иные обстоятельства имели либо не имели место в действительности. Такое отношение законодателя и высшей судебной инстанции к признакам субъективной стороны не случайно: будучи самостоятельным элементом преступления, они «служат одними из оснований уголовной ответственности, существенно влияют на общественную опасность и, следователь но, правовую оценку содеянного, выступают факторами разграничения различных преступлений в процессе их квалификации, влияют на индивидуализацию ответственности и наказания». Сказанное в полной мере относится и к преступлениям против военной службы.

Одним из дискуссионных вопросов военноуголовного права является вопрос о форме вины в составах тех преступлений, предусмотренных статьями главы 33 УК РФ, в которых ч. 1 и ч. 2 не содержат указания на возможную форму вины, а в ч. 3 говорится о небрежности. Такая картина наблюдается, например, в ст. 332 УК РФ «Неисполнение приказа».

По мнению А. В. Сапсая, «деяния, предусмотренные ч. 1 и 2 ст. 332, совершаются умышленно, с прямым или косвенным умыслом. При этом отношение виновного к последствиям неисполнения приказа может характеризоваться и неосторожностью. Преступление, квалифицируемое по ч. 3 ст. 332, совершается по неосторожности, оно является результатом небрежного или недобросовестного отношения виновного к службе»5.

В свою очередь О. К. Зателепин, ссылаясь на положения ч. 2 ст. 24 УК РФ, предлагает такой вариант решения: в ч. 1 ст. 332 УК РФ вина может быть как умышленная, так и неосторожная, а в ч. 2 данной статьи – только умышленная, поскольку в противном случае никакой разницы между ней и ч. 3 не было бы.

В данном случае имеется определенное противопоставление ч. 3 рассматриваемой статьи (неисполнение приказа вследствие небрежного либо недобросовестного отношения к службе, повлекшее тяжкие последствия) и ч. 1, 2, в которых говорится о неисполнении подчиненным приказа начальника, отданного в установленном порядке, причинившем существенный вред интересам службы (ч. 1) и том же деянии, совершенном группой лиц, группой лиц по предварительному сговору или организованной группой, а равно повлекшим тяжкие последствия (ч. 2). Противопоставление видится в использовании законодателем эпитетов «небрежный, недобросовестный»: по смыслу закона получается, что в первых двух случаях речь идет о сознательном невыполнении приказа. Если обратиться к словарям русского языка, то там можно встретить такое толкование указанных терминов: «небрежный – нестарательный, относящийся без должной тщательности к своим обязанностям, работе», «недобросовестный – выполненный плохо, небрежно, без достаточного усердия». Исходя из такого понимания, можно предположить, что в ч. 3 ст. 332 УК РФ описываются ситуации, при которых военнослужащие, не имея намерения специально не исполнить отданный им в установленном порядке приказ, тем не менее не выполняют порученное им задание по причине безответственного отношения к своим обязанностям и воинскому долгу. Более того по указанной части ст. 332 УК РФ должны квалифицироваться ситуации, когда военнослужащие начинали реально осуществлять действия, являющиеся содержанием полученного приказа, но в результате халатного отношения не достигали нужного результата. В любом случае в этих ситуациях речь может идти только о неосторожной форме вины по отношению к самому неисполнению приказа и тем более по отношению к наступившим последствиям6.

В свою очередь, в ч. 1 и 2 речь идет о случаях осознанного неисполнения отданного приказания, которое может выражаться в очевидном, демонстративном бездействии, а также маскироваться под выполнение отданного поручения, без цели реально его исполнить (создание видимости работы). Поэтому мы считаем, что здесь необходимо говорить только об умышленной форме вины по отношению к факту неисполнения приказа и о любой – по отношению к последствиям.

Также хотелось бы обратить внимание на цель воинских преступлений. Во многих статьях главы 33 УК РФ она не указывается в качестве конструктивного признака состава отдельных преступлений. Тем не менее, ее установление является обязанностью органов предварительного расследования и суда по каждому уголовному делу о воинском преступлении. Это связано с тем, что она влияет на квалификацию содеянного. По многим умышленным преступлениям против военной службы необходимо проверить, не было ли деяние совершено в целях оказания помощи иностранному государству, иностранной организации или их представителям в проведении враждебной деятельности в ущерб внешней безопасности России, а при ее установлении – квалифицировать содеянное по ст. 275 УК РФ (государственная измена).

Помимо этого, цель может играть роль разграничивающего признака, позволяющего отграничить одно воинское преступление от другого. Так, например, дезертирство (ст. 338) по всем объективным признакам может совпадать с составом самовольного оставления части (Приложение А). Поэтому единственным критерием их отличия друг от друга является цель – для дезертирства она традиционно определяется как намерение вовсе уклониться от военной службы.

Помимо указанных теоретических проблем определения признаков субъективной стороны преступлений против военной службы хотелось бы обратить внимание на ряд проблемных моментов, которые возни кают в практической деятельности органов предварительного расследования и судов по данной категории преступлений7.

1. Необоснованная квалификация действий осужденного как воинского преступления при реальном отсутствии умысла на совершение такового

Так, приговором Красноярского гарнизонного военного суда от 5 августа 2011 г. Пр. осужден за совершение преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 337 и ч. 1 ст. 338 УК РФ, с применением ч. 3 ст. 69 УК РФ.

Судом первой инстанции установлено два периода уклонения Пр. от военной службы: с 30 декабря 2009 г. по 21 января 2010 г. (временное) и с 25 марта 2010 г. по 25 апреля 2011 г. (с намерением не приступать к исполнению воинских обязанностей вовсе).

В ходе кассационного рассмотрения окружной военный суд, основываясь на обстоятельствах, установленных материалами дела, указал, что второй период уклонения вменен осужденному обоснованно, что подтверждается соответствующими доказательствами.

Вместе с тем в материалах дела имеется предписание следователя от 30 декабря 2009 г., во исполнение которого Пр. прибыл в этот же день в Красноярскую ГКБ № 6, откуда сразу же был направлен в другое лечебное учреждение – Березовскую ЦРБ, где он прошел обследование и лечение. На стационарное лечение Пр. поступил в больницу только 21 января 2010 г., после появления свободных мест.

Согласно подпункту «з» п. 1 ст. 37 Федерального закона «О воинской обязанности и военной службе», военнослужащий считается исполняющим обязанности военной службы в случае нахождения на лечении, следования к месту лечения и обратно.

Таким образом, в период с 30 декабря 2009 г. по 21 января 2010 г. Пр. от прохождения военной службы не уклонялся, а исполнял предписания следователя по прохождению обследования и лечения.

Указанные обстоятельства подтверждаются соответствующими выписками из медицинской карты амбулаторного больного, показаниями лечащего врача, а также справкой и выписным эпикризом, имеющимися в материалах дела.

Представляется, что при таких обстоятельствах в действиях Пр. отсутствовал умысел на самовольное оставление места службы в указанный период. Поэтому мы считаем обоснованным, что Западно-Сибирский окружной военный суд отменил в соответствующей части вышеуказанный приговор и прекратил уголовное дело.

2. Отсутствие в приговоре описания признаков состава преступления (в частности, умысла), неприведение доказательств их наличия

Так, по делу установлено, что Ал. 12-13 марта 2010 г. в вечернее время в уединен ном месте помещения казармы части, в целях личного обогащения, угрожая избиением, потребовал от сослуживца Др. в ближайшее время передать ему 1500 руб. для собственных нужд.

В дальнейшем, с этой же целью, применяя насилие, а также угрозы применения насилия, он требовал от потерпевшего пере давать ему части указанной суммы денег.

Действия Ал. квалифицированы судом по п. «в» ч. 2 ст. 163 УК РФ и по ч. 1 ст. 335 УК РФ.

Между тем из материалов дела было видно, что умысел осужденного был направлен только на изъятие чужого имущества. Имелся ли в его действиях умысел на нарушение уставных правил взаимоотношений между военнослужащими, материалами дела не установлено.

В свою очередь по смыслу ст. 335 УК РФ применение физического насилия одним военнослужащим к другому может быть признано нарушением уставных правил взаимоотношений между военнослужащими при отсутствии между ними отношений подчиненности лишь в том случае, если оно применено в связи с исполнением потерпевшим обязанностей по военной службе, либо при исполнении хотя бы одним из этих обязанностей либо когда применение насилия, хотя непосредственно и не связано с исполнением обязанностей по военной службе, было сопряжено с очевидным для виновного нарушением порядка воинских отношений и выражало явное неуважение к воинскому коллективу8.

Учитывая, что в материалах дела отсутствуют какие-либо доказательства о совершении Ал. указанного деяния по вышеописанным мотивам, мы находим абсолютно обоснованным решение Президиума Восточно-Сибирского окружного военного суда исключить из обвинения ч. 1 ст. 335 УК РФ.

3. Неправильное установление цели преступления

Так, приговором Барнаульского гарнизонного военного суда П. осужден по ст. 338 ч. 1 УК РФ. Дезертирство им совершено в период с 25 января 2007 г. по 29 января 2009 г.

Между тем анализ материалов дела заставляет усомниться в наличии у виновно го цели вовсе уклониться от исполнения обязанностей военной службы, которая является обязательным признаком дезертирства.

Как усматривалось из показаний самого осужденного, свидетелей Б., Хр. и С., П. в октябре 2006 г. в установленном порядке подал рапорт о досрочном увольнении с военной службы по личным обстоятельствам, и по нему командование инициировало вопрос такого увольнения.

Незаконно не выходя на службу с 25 января 2007 г., П., по его пояснениям, ожидал решения вопроса об его увольнении, проживая по месту, известному командованию части, о чем свидетельствует то, что офицер Хр. в апреле 2007 г. разыскал его. При этом П. по предложению Хр. оформил ряд документов, необходимых для досрочного увольнения с военной службы уже по несоблюдению с его стороны условий контракта, подписав при этом лист беседы о предстоящем увольнении9.

Добровольность поступления П. на военную службу по контракту предполагает и возможность досрочного увольнения этого лица по основаниям, установленным в Федеральном законе «О воинской обязанности и военной службе».

Поставив перед командованием такой вопрос до начала уклонения от военной службы, а затем незаконно выведя себя из сферы воинских правоотношений, П. рассчитывал на ожидаемое для себя положительное решение, что свидетельствует об умысле виновного лишь на временное уклонение от военной службы.

Как справедливо в своем определении отметил Западно-Сибирский окружной военный суд, «…при таких обстоятельствах утверждение осужденного о неоднократном возбуждении им процесса своего увольнения с военной службы, каждый раз поддержанного командованием части, исследованными в судебном заседании доказательствами не опровергнуто».

В связи с изложенным мы считаем, что суд кассационной инстанции обоснованно пришел к выводу о том, что уклонение П. от военной службы изначально носило временный характер, и справедливо переквалифицировал содеянное с ч. 1 ст. 338 УК РФ на ч. 4 ст. 337 УК РФ.

Обратным примером может служить рас смотренное Читинским гарнизонным военным судом дело рядового М., осужденного за совершение преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 337 УК РФ10.

Органами предварительного следствия М. обвинялся в дезертирстве. При этом в основу обвинения М. были положены обстоятельства длительного уклонения его от военной службы – свыше 3 лет, а также то, что он скрывал свою принадлежность к армии, работал на временных работах и цели продолжить военную службу не имел.

Однако, как установил суд, М. с целью временного уклонения от военной службы 29 марта 2006 г. самовольно оставил часть и уехал к месту жительства родителей в город <...>, где стал проводить время по своему усмотрению. 10 июня 2009 г. М. обратился в следственный отдел по Читинскому гарнизону и заявил о себе.

Расценивая указанные действия М. как самовольное оставление части продолжительностью свыше одного месяца и переквалифицировав их на ч. 4 ст. 337 УК РФ с ч. 1 ст. 338 УК РФ, суд сослался на последовательные показания М. о том, что он хотел временно отдохнуть от военной службы. При этом суд пришел к выводу, что об отсутствии умысла на дезертирство свидетельствовало и объективное поведение под судимого, который в период незаконного пребывания вне воинской части проживал по месту жительства родителей, не скрывался и легализовать свое положение не пытался, добровольно явился в следственные органы и заявил о себе. Кроме того, по мнению суда, об этом свидетельствовали показания свидетелей из числа родственников М., пояснявших, что М. в период с апреля 2006 г. по июнь 2009 г. постоянно высказывал намерение обратиться в военную прокуратуру, чтобы разобраться в вопросе прохождения военной службы.

Квалификация действий М. как самовольного оставления части продолжительностью свыше одного месяца, в данном случае вызывает определенные сомнения. Очевидно, что для правильной оценки содеянного необходимо было подробно изучить цели и мотивы действий виновного. В первую очередь по этому поводу должен был быть подробно допрошен сам обвиняемый, после чего его показания должны были быть тщательно проверены и сопоставлены с другими доказательствами. Но как показывает анализ материалов дела, суд при вынесении при говора основывался только на показаниях подсудимого.

Между тем суду надо было проанализировать в совокупности все преступное поведение М. на протяжении трех лет уклонения: его отношение к военной службе, факты бездействия и непринятия мер по прекращению своих преступных действий по уклонению от прохождения военной службы, факт его трудоустройства в указанный период, длительность пребывания вне части11.

4. Использование неправильных формулировок при описании признаков субъективной стороны преступлений против военной службы

Как показывает анализ материалов уголовных дел о преступлениях, предусмотренных главой 33 УК РФ, органы предварительного расследования и суды далеко не всегда при водят корректные формулировки тех признаков состава преступления, которые являются конструктивными. Так, нам встречались следующие описания целей преступлений, предусмотренных ст. 337 и 338 УК РФ: «с целью отдохнуть от военной службы», «с целью отдохнуть от исполнения обязанностей военной службы», «желая отдохнуть от военной службы», «стремясь избежать обязанности по несению военной службы», «имея намерение прекратить выполнение обязанностей военной службы» и т. п.

Представляется, что во всех указанных вариантах говорится о мотиве данных преступлений, но не о цели. Поэтому мы считаем справедливым высказанные замечания окружных военных судов о необходимости указания в приговорах цели временно уклониться от военной службы (для ст. 337 УК РФ), а в случаях совершения дезертирства – с целью вовсе уклониться от прохождения военной службы.

Подводя итог, хотелось бы отметить, что этим проблемы субъективной стороны преступлений против военной службы, безусловно, не исчерпываются, – они гораздо объемнее и многограннее.

Поэтому мы считаем необходимым продолжать исследования всех сложных вопросов, связанных с квалификацией указанной группы преступлений, ведь в конечном итоге это окажет положительное влияние на состояние законности в рядах Вооруженных Сил РФ и обеспечит обороноспособность России.


2 Юридический анализ состава за дезертирство

2.1 Мотив преступлений и социально-экономические причины дезертирства (ст. 338 УК РФ)

Это преступление определяется в законе как самовольное оставление части или места службы в целях уклонения от прохождения военной службы, а равно неявка с той же целью на службу, совершенные военнослужащим, проходящим военную службу по призыву (ст. 338 УК РФ)12.

Объективная сторона дезертирства выражается в самовольном оставлении воинской части или места службы военнослужащим либо в неявке его в часть (на службу) из отпуска, командировки, лечебного заведения. Дезертирство является длящимся преступлением с формальным составом и считается оконченным с момента выбытия военнослужащего из части или оставления места службы либо с момента невозвращения в установленный срок из отпуска, командировки, лечебного заведения. Однако преступное состояние дезертира продолжается до тех пор, пока на нем лежит обязанность несения военной службы, возложенная на него Конституцией Российской Федерации (ст. 59) и Законом РФ о воинской обязанности, в соответствии с которым на действительную военную службу подлежат призыву граждане мужского пола в возрасте от 18 до 27 лет. По достижении 27-летнего возраста они от призыва освобождаются. Исходя из этого, дезертирство как длящееся преступление фактически прекращается с момента освобождения лица от обязанности нести действительную военную службу. Другими основаниями прекращения преступного состояния дезертира являются явка с повинной или задержание его органами власти.

Субъективная сторона дезертирства характеризуется только прямым умыслом и специальной целью – уклониться от военной службы.

Субъектами преступления являются военнослужащие, проходящие военную службу по призыву.

Квалифицированный вид данного преступления предусмотрен ч. 2 ст. 338 УК РФ. Закон устанавливает более строгую ответственность за дезертирство с оружием, вверенным по службе, а равно дезертирство, совершенное группой лиц по предварительному сговору или организованной группой. УК РСФСР 1960 г. этих признаков не предусматривал. По действующему УК РФ, если военнослужащий дезертировал с оружием, вверенным по службе, его действия полностью охватываются ч. 2 ст. 338 УК РФ. Лишь в случае хищения оружия, не вверенного ему, ответственность наступает за совокупность преступлений. Понятие дезертирства, совершенного группой лиц по предварительному сговору, раскрывается на основании положений ч. 2 ст. 35, а организованной группой – положений части 3 той же статьи настоящего Кодекса13.

Статья 338 УК РФ имеет примечание: военнослужащий, впервые совершивший дезертирство, предусмотренное ч. 1 настоящей статьи, может быть освобожден от уголовной ответственности, если он добровольно явился с повинной либо дезертирство было следствием стечения тяжелых обстоятельств. Тяжелыми обстоятельствами могут быть признаны: смерть или тяжелое заболевание кого-то из родителей или близких родственников, стихийное бедствие или уничтожение пожаром жилища, семьи и тому подобное, потребовавшие от военнослужащего находиться вместе с пострадавшими для оказания им помощи.

2.2 Особенности квалификации и разграничения составов преступлений самовольного оставления части или места службы (ст. 337 УК РФ) и дезертирства (ст. 338 УК РФ) в УК РФ

Гражданин, призванный или поступивший на военную службу в Вооруженные силы Российской Федерации, другие войска, воинские формирования и органы, обязан нести военную службу в течение установленного срока в той или иной воинской части, куда он направлен соответствующим командованием, в любое время быть готовым к выполнению своего воинского долга. Большинство военнослужащих строго соблюдают установленный порядок прохождения военной службы, добросовестно выполняют свой воинский долг. Однако отдельные военнослужащие нарушают этот порядок, уклоняясь от несения обязанностей военной службы путем самовольного оставления воинской части или места службы, дезертирства, членовредительства, симуляции болезни, подлога документов и т. п.

Различные виды уклонения от прохождения военной службы представляют серьезную общественную опасность.

Совершая подобные преступления, военнослужащие нарушают либо отдельные требования порядка прохождения военной службы (например, находиться в расположении воинской части, в указанный срок возвращаться в часть из командировки, отпуска, нести службу в том месте и в составе той воинской части, где это определено соответствующим командованием, и др.), либо в целом обязанность проходить военную службу (например, в случае дезертирства). Эти правонарушения ослабляют боеспособность подразделения, части, корабля, отрицательно влияют на состояние боевой готовности войск и сил флота. Кроме того, указанные правонарушения затрудняют комплектование армии и флота личным составом, необходимым для успешного выполнения возложенных на них задач.

Общественная опасность предусмотренных УК РФ видов уклонений от военной службы заключается также в их отрицательном влиянии на других морально неустойчивых, недисциплинированных военнослужащих. Кроме того, они нередко создают почву для совершения других общеуголовных и воинских преступлений (преступлений против личности, хищений, хулиганств, нарушений уставных правил несения специальных служб и т. п.) или сопровождаются ими.

Различные виды уклонений от военной службы занимают значительное место в структуре преступлений, совершаемых в Вооруженных силах Российской Федерации, других войсках и воинских формированиях Российской Федерации, являются одними из наиболее распространенных преступлений против военной службы.

Так, в структуре преступности против военной службы самовольное оставление части или места службы занимает второе место после нарушения уставных правил взаимоотношений между военнослужащими при отсутствии между ними отношений подчиненности (ст. 335 УК РФ). При этом количество других преступлений против военной службы, в том числе и дезертирства, на порядок ниже. Интересно, что квалификация содеянного в 94,5 % расследованных уголовных дел по фактам самовольного оставления военной службы и в 93,2 % расследованных уголовных дел по фактам дезертирства характеризуется наличием отягчающих обстоятельств. Это свидетельствует о высокой общественной опасности данных видов преступлений в настоящее время, борьба с которыми была и остается одной из актуальных задач командования, армейской и флотской общественности, а также органов военной юстиции. Вышеизложенное актуализирует необходимость совершенствования уголовно-правовых норм, предусматривающих ответственность за совершение преступлений против военной службы.

Составы самовольного оставления части или места службы (ст. 337 УК РФ) (Приложение Б) и дезертирство (ст. 338 УК РФ) являются смежными: различие заключается в признаках субъективной стороны, наиболее сложных для доказывания, поэтому их разграничение представляет интерес как с теоретической, так и с практической точек зрения.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в своем постановлении от 3 апреля 2008 г. № 3 «О практике рассмотрения судами уголовных дел об уклонении от призыва на военную службу и от прохождения военной или альтернативной гражданской службы» разъяснил, что «при разграничении преступлений, предусмотренных статьями 337 и 338 УК РФ, судам необходимо исходить из того, что ответственность по статье 337 УК РФ наступает лишь при наличии у лица намерения временно уклониться от исполнения обязанностей военной службы и по истечении определенного срока возвратиться в часть (к месту службы) для прохождения военной службы. При дезертирстве (статья 338 УК РФ) лицо имеет цель вовсе уклониться от исполнения обязанностей военной службы. Если такая цель появилась у военнослужащего после самовольного оставления части (места службы), содеянное следует квалифицировать только как дезертирство.

Об умысле на дезертирство могут свидетельствовать такие обстоятельства, как приобретение или изготовление лицом подложных документов, удостоверяющих личность либо свидетельствующих о том, что гражданин прослужил установленный законом срок военной службы или имеет отсрочку от призыва, устройство на работу и т. п.»14.

Изучение данных о мотиве и цели совершения преступления дает возможность правильно квалифицировать преступление, выявить причины и условия, способствующие его совершению, спрогнозировать поведение военнослужащего как в период уклонения от военной службы, так и во время следствия. В связи с этим важным представляется проследить эволюцию мотивационной сферы военнослужащих, уклоняющихся от военной службы.

Так, основными мотивами совершения указанного деяния в 1960-е гг. было стремление отдохнуть от воинской службы и праздно провести время (53 % случаев), желание навести родственников проявлялось в 17 % случаев. В 1970-е гг. указанные побуждения отмечены в 26 % случаев, а основным мотивом была неблагополучная обстановка в семье, что проявилось в 27 % случаев.

В 1980–1990-е гг. преобладающими побуждениями военнослужащих к уклонению от исполнения обязанностей военной службы являлись неправильные действия начальников в отношении подчиненных (52 %), а вышеперечисленные мотивы составили всего 9 %.

В настоящее время среди основных мотивов уклонения от прохождения военной службы ученые выдвигают следующие: желание отдохнуть от службы и праздно провести время – 45 %, желание навестить родственников – 16,7 %, семейные проблемы – 14,5 %, непереносимость тягот и лишений службы – 5,6 %, незнание закона – 5,6 %, опасение ответственности за дисциплинарный проступок – 4,2 %, стремление уйти от неуставных взаимоотношений между военнослужащими – 2,8 %, нежелание служить в Вооруженных силах – 2,8 %, недолжное выполнение командованием своих обязанностей – 1,4 %, плохие взаимоотношения с командованием – 1,4 %. Таким образом, наблюдается возвращение мотивационной сферы в состояние, характерное для 1960-х гг., что свидетельствует о проблемах культурно-воспитательного характера, недостатках в обеспечении получения военнослужащими эмоциональной разрядки и физического отдыха после выполнения служебных обязанностей15.

При этом важно отметить, что для временных оставлений военной службы характерными побуждениями являются желания навестить родственников, знакомых, решить семейные и личные дела, удовлетворить различные намерения временного характера (праздно провести время, встретиться с женщиной, употребить спиртные напитки). К характерным мотивам дезертирства относятся: нежелание переносить тяготы и лишения военной службы либо служить в определенном роде войск, стремление решить личные и семейные проблемы постоянного характера и избежать уголовной ответственности за совершенные в период службы преступления. Однако не всегда эта разница учитывается при расследовании преступлений данного вида. В ходе проведенного исследования были выявлены определенные трудности, связанные с доказыванием цели совершения уклонения от военной службы. Например, в 9 % изученных уголовных дел обоснованность квалификации преступления вызывает сомнения. Все указанные преступления были квалифицированы по ст. 337 УК РФ, однако изучение обстоятельств совершения преступления дает все основания полагать, что военнослужащие покинули воинские части с целью полностью уклониться от дальнейшего прохождения службы. При этом в 41 % случаев в действиях военнослужащих присутствовали признаки, прямо указывающие на это – изготовление подложных документов, удостоверяющих личность, устройство на работу, а в остальных случаях срок уклонения составлял от 5 до 9 лет. Однако в ходе расследования уголовных дел мотивационная сфера изучалась мало, и сведения о мотивах совершения преступления не использовались в целях опровержения заявлений военнослужащих о том, что они не имели намерений покидать военную службу навсегда.

Так, военнослужащий А. М. Алиев 17 сентября 2007 г. с целью временно отдохнуть от прохождения военной службы не явился в срок без уважительных причин на службу. В период незаконного нахождения вне воинской части он проживал в г. Москве, проводя время по своему усмотрению, работая по реставрации зданий и водителем. 30 сентября 2010 г. Алиев был задержан сотрудниками милиции.

Московский гарнизонный военный суд принал A. M. Алиева виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 337 УК РФ, т. е. в самовольном оставлении части или места службы продолжительностью более одного месяца.

Представляется, что в данном случае продолжительность оставления воинской части, устройство на работу свидетельствовали о наличии у Алиева умысла на уклонение от прохождения военной службы. Таким образом, в его деянии усматривается состав преступления, предусмотренного ст. 338 УК РФ, т. е. дезертирство.

Аналогичное решение принял 235-й гарнизонный военный суд г. Москвы, который признал военнослужащего рядового Зайцева виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 337 УК РФ. Зайцев перед утренним построением 20 февраля 2002 г. с целью временно отдохнуть от прохождения службы и уклониться от исполнения обязанностей самовольно оставил воинскую часть 18938. Находясь вне части, Зайцев отдыхал от службы, проживал у случайных знакомых и время проводил по своему усмотрению. В 2 ч 45 мин 27 февраля 2011 г. в деревне Крюково Чеховского района Московской области он был задержан сотрудниками милиции.

Поскольку Зайцев, являясь военнослужащим по призыву, самовольно отсутствовал в воинской части более одного месяца, то суд квалифицировал содеянное им по ч. 4 ст. 337 УК РФ.

Тем не менее оставление воинской части в течение продолжительного временного отрезка (более 9 лет) убедительно свидетельствует о наличии у Зайцева цели уклонения от прохождения военной службы. Это подтверждается и тем, что преступление было окончено не в связи с явкой виновного в воинскую часть, а с пресечением его преступного деяния сотрудниками полиции. Следовательно, в содеянном усматриваются признаки преступления, предусмотренного ст. 338 УК РФ.

Аналогичное мнение уже высказывалось в юридической литературе – длительное самовольное отсутствие в части является одним из факторов, который в совокупности с другими обстоятельствами может служить доказательством желания виновного дезертировать16.

Срок самовольного отсутствия военнослужащего в части (по месту службы) можно рассматривать как критерий разграничения составов преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 337 и ст. 338 УК РФ. Полагаем, что с учетом установленного в настоящее время срока военной службы по призыву, который равен одному году, таким критерием может быть избрано самовольное отсутствие военнослужащего в части или по месту службы продолжительностью свыше одного года. Считаем, что указанный временной период свидетельствует о стойком нежелании военнослужащего исполнять обязанности военной службы, наличии цели полностью уклониться от ее прохождения.

С учетом вышеизложенного представляется целесообразным дополнить примечание к ст. 337 УК РФ пунктом следующего содержания: «Деяние, предусмотренное частью 4 настоящей статьи, продолжительностью свыше одного года, подлежит квалификации по части 1 статьи 338 настоящего Кодекса». При этом в действующей редакции ст. 337 УК РФ слово «Примечание» следует заменить словом «Примечания», содержащийся в примечании текст считать пунктом 1 примечаний, а текст предложенного нами примечания – пунктом 2 примечаний.

Такое дополнение в УК РФ позволит законодательно решить проблему разграничения дезертирства и длительного самовольного оставления воинской части, а следовательно, добиться максимальной объективности в квалификации указанных преступлений.


Заключение

Добровольное выполнение обязанностей военной службы, установленного порядка прохождения военной службы является долгом каждого военнослужащего. Нарушение данного долга при определенных условиях может образовывать преступное деяние. Так, согласно статьи 331 УК преступлениями против военной службы признаются предусмотренные настоящей главой преступления против установленного порядка прохождения военной службы, совершенные военнослужащими, проходящими военную службу пот призыву либо по контракту в Вооруженных Силах Российской Федерации, других войсках и воинских формированиях  Российской Федерации, а так же гражданами, пребывающими в запасе, во время прохождения ими военных сборов.

Указанная группа преступлений в силу своей специфики выделена законодателем в самостоятельную главу, образовав тем самым систему преступлений против военной службы.

Родовым объектом преступлений, включенных законодателем в раздел XI являются общественные отношения, регламентирующие военную службу. Вместе с тем внутри родового объекта все воинские преступления могут быть объединены по их видовому объекту, то есть специфической разновидностью общего порядка прохождения службы.

Непосредственными объектами преступлений против военной службы являются общественные отношения, образующие отдельные элементы порядка несения и прохождения военной службы.

Таким образом, на законодательном уровне осуществлена классификация преступлений против военной службы. Следует отметить, что во всех науках, которые, так или иначе, связаны с рассмотрением, описанием существующих фактов, в целях их систематизации применяется классификация.

Классификация является одним их наиболее распространенных приемов юридической техники, позволяющий множество изучаемых явлений в соответствии с определенными правилами построения объединить в единые классификационные группы. Данный прием служит основой всех типов научных классификаций, включающих сложную процедуру установления причинно-следственной связи, которые связывают классификационные объекты.

Таким образом, к моменту введения в действие УК РФ 1996 г. уголовная ответственность военнослужащих Вооруженных сил, других войск, воинских формирований и органов Российской Федерации за уклонение от военной службы наступала по ст.ст. 245-249 УК РСФСР 1960. г., которые воспроизводили соответствующие нормы Закона СССР «Об уголовной ответственности».

В связи с принятием Уголовного кодекса РФ 1996 г. ряд преступлений против порядка пребывания на военной службе был декриминализирован, в частности, самовольная отлучка, а уголовные наказания за самовольное оставление части или места службы значительно смягчились.

Таким образом, становление и развитие уголовного законодательства за уклонение от прохождения военной службы имеет сложный исторический характер. На всех этапах становления и развития Вооруженных сил большое значение придавалось поддержанию соответствующего порядка прохождения военной службы, чему в значительной мере способствовало установление уголовной ответственности за общественно опасные нарушения порядка прохождения военной службы.


Глоссарий

№ п/п

Понятие

Определение

1

2

3

1

Арест

вид уголовного наказания, назначаемый по приговору суда и заключающийся в содержании осужденного в условиях строгой изоляции от общества на срок от одного до шести месяцев.

2

Вина

представляет собой внутреннее отношение лица к своему поведению и к его последствиям.

3

Дезертирство

самовольное оставление части или места службы в целях уклонения от прохождения военной службы, а равно неявка в тех же целях на службу.

4

Деяние

действие либо бездействие, запрещенное уголовным законом.

5

Квалификация преступления

установление и юридическое закрепление точного соответствия между признаками совершенного деяния и признаками состава преступления, предусмотренного уголовно-правовой нормой.

6

Лишение свободы

заключается в изоляции осужденного от общества путем направления его в колонию-поселение или помещения в воспитательную колонию, лечебное исправительное учреждение, исправительную колонию общего, строгого или особого режима либо в тюрьму.

7

Объект преступления

это совокупность охраняемых уголовным законом общественных отношений, на которые направлено преступное посягательство, причиняющее или создающее угрозу причинения им вреда.

8

Объективная сторона преступления

совокупность внешних признаков преступного поведения, составляющих общественно опасное, противоправное деяние, которое совершается в определенное время, в конкретном месте, определенным способом, с помощью конкретных орудий или средств и в определенной обстановке, и в результате которого, наступают общественно опасные последствия (либо возникает угроза таких последствий).

9

Общий объект

это совокупность всех общественных отношений, интересов и благ, охраняемых уголовным законом.

10

Основание уголовной ответственности

совершение деяния, содержащего все признаки состава преступления, предусмотренного уголовным законом.

11

Предмет уголовного права

общественно-правовые отношения, возникающие в связи с реализацией уголовной ответственности, то есть совершением преступления и назначением наказания за него.

12

Предмет преступления

материальные предметы внешнего мира, на которые непосредственно воздействует преступник, и в связи с которыми или по поводу которых, совершается преступление.

13

Преступление

это общественно опасное, противоправное, виновное деяние, совершенное деликтоспособным лицом, за которое предусмотрено уголовное наказание.

14

Преступность

это исторически изменчивое, социальное, уголовно-правовое явление, представляющее собой совокупность всех совершенных преступлений в государстве или отдельном регионе за определенный период.


Список использованных источников

Нормативно-правовые акты

Конституция Российской Федерации (принята всенародным голосованием 12.12.1993) (с учетом поправок, внесенных Законами РФ о поправках к Конституции РФ от 30.12.2008 № 6-ФКЗ, от 30.12.2008 № 7-ФКЗ, от 05.02.2014 № 2-ФКЗ) // Собрание законодательства РФ, 2009, № 4, ст. 445.

Уголовный кодекс Российской Федерации от 13.06.1996 № 63-ФЗ (ред. от 05.05.2014) (с изм. и доп., вступ. в силу с 05.06.2014) // Собрание законодательства РФ, 1996, № 25, ст. 2954.

Учебная литература

Артамонов А. Н. Уголовное право: учебник для высших юридических учебных заведений и юридических факультетов: для студентов высших учебных заведений, обучающихся по направлению и специальности « Юриспруденция» / [Артамонов А. Н. и др.]; под ред. Б. Б. Булатова, А. М. Баранова. Москва: Юрайт: Высшее образование, 2010 – 250 с. - ISB№ 978-5-98209-118-5.

Башкатов Л. Н. Уголовное право Российской Федерации [Текст]: учебник / [Л. Н. Башкатов и др.]; отв. ред. И. Л. Петрухин, И. Б. Михайловская; Ин-т государства и права Российской акад. Наук. Москва: Проспект, 2011 – 310 с. - ISB№ 978-5-392-07781-6.

Башкатов Л. Н. Уголовное право Российской Федерации [Текст]: учебник / [Л. Н. Башкатов и др.]; отв. ред. И. Л. Петрухин, И. Б. Михайловская; Ин-т государства и права Российской акад. Наук. Москва: Проспект, 2011 – 350 с. - ISB№ 978-5-16-006208-2.

Бородинова Т. Г. Уголовное право РФ [Текст] учебник для студентов высших учебных заведений, обучающихся по специальности 021100 « Юриспруденция» / [Бородинова Т. Г. и др.]; под общ. ред. В. М. Лебедева; Верховный суд Российской Федерации, Российская акад. Правосудия. Москва: Юрайт, 2010 – 290 с. - ISB№ 978-5-369-01118-8.

Володина Л. М. Уголовное право РФ: [Текст] учебное пособие / Л. М. Володина, Н. В. Сидорова; Российская Федерация, М-во образования и науки, ГОУ ВПО Тюменский гос. ун-т, Ин-т дистанционного образования, Ин-т права, экономики и упр. Тюмень: Изд-во Тюменского гос. ун-та, 2011 – 430 с. - ISB№ 978-5-98209-096-6.

Воскобитова Л. А. Уголовное право Российской Федерации [Текст]: учебник для для студентов высших учебных заведений, обучающихся по специальности 021100 « Юриспруденция» / Воскобитова Л. А. и др.]; отв. ред. П. А. Лупинская; М-во образования и науки Российская Федерации, Московска. Москва: Норма: ИНФРА-М, 2011 - 400 с. - ISB№ 978-5-215-02438-6.

Гончарова М. А. Уголовное право РФ [Текст]: особенная часть: учебно-методический комплекс / Гончарова М. А., Кучин А. Ф., Смолин А. Г.; Мордовский гос. ун-т им. Н. П. Огарева, Ковылкинский фил., Каф. Правоведения. Ковылкино: Ковылкинская тип., 2010 – 350 с.

Ендольцева А. В. Уголовное право РФ: учебное пособие для студентов высших учебных заведений, обучающихся по специальности 030501 «Юриспруденция», для курсантов и слушателей образовательных учреждений МВД России юридического профиля / [А. В. Ендольцева и др.]; под ред. И. И. Сыдорука, А. В. Енд. Москва: ЮНИТИ: Закон и право, 2011 – 400 с. - ISB№ 978-5-8354-0805-4.

Калинкина Л. Д. Уголовное право РФ: практикум: учебное пособие для студентов высших учебных заведений / [Л. Д. Калинкина и др.]; под ред. Ф. К. Зиннурова, Л. Д. Калинкиной. Москва: ЮНИТИ: Закон и право, 2010 – 380 с. - ISB№ 978-5-8354-0856-6.

Коваленко Л. В. Уголовное право РФ. Профилактическая деятельность следователя [Текст]: учебное пособие для студентов направления 030500.62 Юриспруденция и специальности 030501.65 Юриспруденция / Л. В. Коваленко; Сибирский ун-т потребительской кооп. Профилактическая деятельность следователя. Новосибирск: Сибирский ун-т потребительской кооп., 2010 – 400 с. - ISB№ 978-5-88437-263-4.

Крупницкая В. И. Уголовное право РФ [Текст]: сборник программно-методических материалов для студентов всех форм обучения по специальности 030501.65-Юриспруденция / Федеральное гос. образовательное учреждение высш. проф. образования « Сибирская акад. гос. службы»; сост. В. И. Крупницкая. Новосибирск: Сибирская акад. гос. службы, 2011 – 520 с. - ISB№ 978-5-8041-0585-4.

Лебедева Е. С. Уголовное право РФ: экзаменационные ответы: студенту вуза / [Лебедева Е. С.]. Москва: Ответ, 2010 – 340 с. - ISB№ 978-5-9999-1171-1.

Манова Н. С. Уголовное право РФ [Текст]: конспект лекций / Н. С. Манова, Ю. В. Францифоров. Москва: Юрайт, 2011 – 200 с. - ISB№ 978-5-98461-953-0.


Приложение А


Приложение Б

1 Гончарова М. А. Уголовное право РФ. Ковылкино: Ковылкинская тип., 2010 – С. 155.

2 Воскобитова Л. А. Уголовное право Российской Федерации. М.: Норма: ИНФРА-М, 2011 – С. 199.

3 Гончарова М. А. Уголовное право РФ. Ковылкино: Ковылкинская тип., 2010 – С. 156-157.

4 Крупницкая В. И. Уголовное право РФ. Новосибирск: Сибирская акад. гос. службы, 2011 – С. 201.

5 Артамонов А. Н. Уголовное право. М.: Юрайт: Высшее образование, 2010 – С. 199.

6 Воскобитова Л. А. Уголовное право Российской Федерации. М.: Норма: ИНФРА-М, 2011 – С. 201.

7 Крупницкая В. И. Уголовное право РФ. Новосибирск: Сибирская акад. гос. службы, 2011 – С. 203-204.

8 Крупницкая В. И. Уголовное право РФ. Новосибирск: Сибирская акад. гос. службы, 2011 – С. 205.

9 Артамонов А. Н. Уголовное право. М.: Юрайт: Высшее образование, 2010 – С. 201.

10 Воскобитова Л. А. Уголовное право Российской Федерации. М.: Норма: ИНФРА-М, 2011 – С. 202-203.

11 Артамонов А. Н. Уголовное право. М.: Юрайт: Высшее образование, 2010 – С. 203-204.

12 Володина Л. М. Уголовное право РФ. Тюмень: Изд-во Тюменского гос. ун-та, 2011 – С. 222.

13 Ендольцева А. В. Уголовное право РФ. М.: ЮНИТИ: Закон и право, 2011 – С. 163.

14 Володина Л. М. Уголовное право РФ. Тюмень: Изд-во Тюменского гос. ун-та, 2011 – С. 223.

15 Лебедева Е. С. Уголовное право РФ. М.: Ответ, 2010 – С. 197.

16 Лебедева Е. С. Уголовное право РФ. М.: Ответ, 2010 – С. 201.



 

Другие похожие работы, которые могут вас заинтересовать.
5751. Дезертирство. Понятие самовольного оставления части или места службы военнослужащих, проходящих военную службу. Понятие и состав статьи 338 Уголовного Кодекса «Дезертирство» 59.8 KB
  Понятие воинской обязанности и социально-экономические мотивы уклонения от воинской службы Понятие и состав уклонение от исполнения обязанностей военной службы путем симуляции болезни или иными способами. Понятие самовольного оставления части или места службы военнослужащих проходящих военную службу...
3456. Понятие состава преступления и его значение. Признаки и элементы состава. Виды состава 8.93 KB
  Понятие состава преступления и его значение. признаков характщих ООД как престние. Признак состава ПРя обобщенное юрки значимое свво присущее всем престниям дан. части УК а признаки присущие всем престниям в Общей части УК.
18583. Юридический анализ незаконного приобретения, передачи, сбыта, хранения, перевозки или ношения оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств 71.11 KB
  Незаконное приобретение передача сбыт хранение перевозка или ношение оружия боеприпасов взрывчатых веществ и взрывных устройств совершенные группой лиц по предварительному сговору или неоднократно. Понятие оружия боевых припасов взрывчатых веществ и взрывных устройств в уголовном праве Республики Казахстан. Понятие боевых припасов взрывчатых веществ взрывных устройств огнестрельного и холодного оружия и классификация. Владение и применение оружия взрывчатых веществ и взрывных...
12366. Анализ использования подвижного состава 78.58 KB
  Наряду с тарифными тонна-километрами железнодорожная статистика определяет эксплуатационные тонна-километры нетто. В их состав входят тонна-километры нетто, выполненные в грузовом, пассажирском движении и в одиночном следовании. С эксплуатационными тонна-километрами связаны эксплуатационные расходы железных дорог.
936. Анализ формирования и состава фонда оплаты труда на предприятии ЗАО ТВП «Гидроэлектромонтаж» 1.69 MB
  В настоящее время в соответствии с изменениями в экономическом и социальном развитии страны существенно меняется и политика в области оплаты труда, социальной поддержки и защиты работников.
4891. Химический анализ на содержание проб химического состава мяса и пера кряквы обыкновенной (A. рlatyrhynchos) 141.62 KB
  Перопуховое сырье получаемое при переработке птицы является одним из источников животного протеина. У летящей птицы четко видны белые полоски на крыле. Особенно охотно птицы посещают мелководные осоковорогозовые болота заросли хвоща где много пресноводных моллюсков. Одним из факторов влияющим на химический состав мяса и пера птицы является питание.
4319. Понятие правонарушения. Его юридический состав 6.14 KB
  Понятие правонарушения. В этом определении названы все обязательные признаки юридического состава правонарушения под которым понимается совокупность четырёх элементов: объективная сторона правонарушения; субъективная сторона правонарушения; субъект правонарушения; объект правонарушения. Объективная сторона правонарушения – это внешние формы проявления поступка. Субъективная сторона правонарушения характеризует осознание лицом совершающим противоправное действие того что оно нарушает требования правовых норм.
17574. ДЕЗЕРТИРСТВО В РОССИЙСКОЙ ИМПЕРАТОРСКОЙ АРМИИ В ГОДЫ ПЕРВОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ В ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ИСТОРИОГРАФИИ 74.11 KB
  В свете возросшего в последние десятилетия интереса к истории Первой мировой войны ей посвящается все больше новых научных трудов. Дезертирство – явление в достаточной мере нехарактерное для русской армии и в предшествующие Первой мировой эпохи распространенное в ней мало.
14292. ПРОЕКТИРОВАНИЕ СОСТАВА ТЯЖЕЛОГО БЕТОНА 215.11 KB
  Тяжелый бетон - наиболее распространенный (обычный) бетон с плотностью от 1800 кг/м3 до 2500 кг/м3. Вяжущим веществом в тяжелом бетоне обычно является портландцемент и его разновидности (быстротвердеющий, пластифицированный, гидрофобный, сульфатостойкий) или шлакопортландцемент; в подземных и подводных сооружениях - пуццолановый портландцемент.
7142. Методы расчета состава и планирования МТП 26.61 KB
  Методы расчета состава и планирования МТП Под оптимальным составом МТП понимается подбор машин такого типа и такого их количественного отношения которые дают возможность механизировать все виды работ в хозяйстве при наименьших затратах труда и средств на единицу продукции. От правильного определения потребности в сельскохозяйственной технике зависят агротехнические сроки выполнения полевых работ их качество урожайность сельскохозяйственных культур их себестоимость. В настоящее время разработано несколько методов определения потребности в...
© "REFLEADER" http://refleader.ru/
Все права на сайт и размещенные работы
защищены законом об авторском праве.