Особенности и содержание уголовно-исполнительных правоотношений

Правоотношения в уголовно-исполнительном праве. Понятие и момент возникновения уголовно-исполнительных правоотношений. Особенности развития уголовно-исполнительных правоотношений на современном этапе. Особенности и содержание уголовно-исполнительных правоотношений.

2015-08-28

35 KB

31 чел.


Поделитесь работой в социальных сетях

Если эта работа Вам не подошла внизу страницы есть список похожих работ. Так же Вы можете воспользоваться кнопкой поиск


Содержание

[1] Содержание

[1.1]
Введение

[1.2]
1 Правоотношения в уголовно-исполнительном праве

[1.3] 1.1 Понятие и момент возникновения уголовно-исполнительных правоотношений

[1.4] 1.2 Особенности развития уголовно-исполнительных правоотношений на современном этапе

[1.5]
2 Особенности и содержание уголовно-исполнительных правоотношений

[1.6] 2.1 Информационный аспект уголовно-исполнительных правоотношений

[1.7] 2.2 Некоторые проблемы субъектного состава уголовно-исполнительных правоотношений

[1.8]
Заключение

[1.9]
Глоссарий

[1.10]
Список использованных источников

[1.11]
Приложение А

[1.12]
Приложение Б


Введение

Известно, что четкие временные границы, характеризующие возможные пределы полной реализации уголовной ответственности, проявляются с ее переходом в уголовно-исполнительную стадию своего существования. С этим переходом и возникают уголовно-исполнительные отношения.

Этот вывод не является новым. В свое время, поднимая вопрос понятия и содержания юридической ответственности, А.Ф. Черданцев и С.Н. Кожевников рассматривали правоотношения, связанные с исполнением наказания в исправительно-трудовом праве, как форму ее реализации.

Н.А. Стручков полагал, что уголовная ответственность означает реализацию не только уголовно-правовых, но и уголовно-процессуальных и уголовно-исполнительных отношений. Уголовно - исполнительные правоотношения не равны охранительному уголовно-правовому отношению уголовной ответственности, но существуют благодаря ему и наряду с ним, поэтому с методологической точки зрения не будет ошибочным утверждать, что уголовно-исполнительные отношения есть не что иное, как форма реализации уголовно-правового отношения ответственности на своей заключительной – исполнительной стадии развития.

Переход правоотношения уголовной ответственности в исполнительную стадию и возникновение уголовно-исполнительных отношений, таким образом, генетически связаны и должны быть соотносимы друг с другом. Ввиду этого закономерно возникает необходимость определения юридически значимого момента, с которым следует связывать начало уголовно-исполнительных отношений. Решение данной задачи важно не только с теоретической, но и с сугубо практической точки зрения. Возникновение уголовно-исполнительных отношений предполагает появление новых прав и обязанностей его субъектов, определяет условия их реализации и в конечном счете влияет на изменение и прекращение главного – охранительного уголовно-правового отношения.

Таким образом, целью курсовой работы является анализ понятия и состава уголовно-исполнительных правоотношений.

Для детального изучения данной цели мы выделяем следующие задачи для раскрытия темы:

- исследовать понятие и момент возникновения уголовно-исполнительных правоотношений;

- охарактеризовать особенности развития уголовно-исполнительных правоотношений на современном этапе;

- рассмотреть информационный аспект уголовно-исполнительных правоотношений;

- выявить некоторые проблемы субъектного состава уголовно-исполнительных правоотношений.

Объектом данной работы являются общественные отношения, которые складываются в момент возникновения уголовно-исполнительных правоотношений.

Предмет исследования является непосредственно момент возникновения уголовно-исполнительных правоотношений, а также особенности развития уголовно-исполнительных правоотношений на современном этапе.

Структура курсовой работы. Работа состоит из введения, двух основных глав, заключения, глоссария, списка использованных источников и приложений.


1 Правоотношения в уголовно-исполнительном праве

1.1 Понятие и момент возникновения уголовно-исполнительных правоотношений

Согласно современным теоретическим воззрениям уголовно-исполнительные отношения возникают с момента реализации норм уголовно-исполнительного права, то есть вступления приговора суда в законную силу, именно с этого времени у государственных органов появляется право исполнить наказание, а у осужденных – обязанность его отбыть. Вместе с тем обращение к действующим нормам УК РФ не позволяет подтвердить данное положение в полной мере. Речь идет о регулировании условного осуждения в ч. 3. ст. 73 УК РФ, где законодатель, наряду с требованием об исчислении испытательного срока с момента вступления приговора в законную силу, закрепил правило зачета в период его течения времени, проходящего со дня провозглашения приговора. Данное правило является уголовно-правовой новеллой: оно было установлено Федеральным законом от 29 марта 2010 г. № 33-ФЗ «О внесении изменений в ст. 73 и 74 УК РФ и ст. 189 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации»1. Этим Законом ссылка на вступление приговора в законную силу изменила отраслевую принадлежность: ранее ее закрепляла ч. 1 ст. 189 УИК РФ. Таким образом, данный нормативный акт, с одной стороны, снял проблему учета времени от провозглашения приговора до вступления его в законную силу, с другой – поставил вопрос о моменте возникновения уголовно-исполнительных отношений в случае назначения наказания условно, перевода осужденного в режим испытания на определенный срок2.

По нашему мнению, законодатель поступил разумно, уточнив время после провозглашения приговора в ст. 73 УК РФ. Вне этого законодательного решения пропадает основание включать данный период в реализацию уголовно-исполнительных отношений и, как следствие, появляется дилемма определения правового статуса осужденного на этом отрезке времени.

В отсутствие данного правила неопределенность правового положения условно осужденного вызывала неясность юридического значения уклонения его от исполнения возложенных судом обязанностей, совершения нарушения общественного порядка в период после провозглашения приговора, но до вступления его в законную силу.

Изучение действующих нормативно-правовых актов, а также правоприменительной практики не позволяет отнестись к этой проблеме легко, поскольку данный период оказывается довольно длительным, заметно соотносимым с продолжительностью всего испытательного срока3.

Если сложить вместе процессуальные сроки, определяющие вступление приговора суда в законную силу (ч. 1 ст. 390, ч. 1 ст. 389.4 УПК РФ), вручение копии приговора суда (ст. 312 УПК РФ), обращение приговора к исполнению (ч. 4. ст. 390 УПК РФ), мы приходим к тому, что даже при отказе от апелляции условно осужденный до восемнадцати суток после провозглашения приговора может на вполне легальных основаниях находиться в неопределенном правовом состоянии. В случае подачи апелляционной жалобы этот период может значительно пролонгироваться. Учитывая применение правил рассмотрения уголовного дела в порядке апелляции (ст. 389.10 УПК РФ), а также обычный срок самого апелляционного разбирательства на практике после провозглашения обвинительного приговора суда, условно осужденный может сохранять неопределенность правового положения в среднем до полутора – двух месяцев.

Если бы законодатель хотел использовать в качестве критерия совершенную определенность правового положения, то начало испытательного срока разумнее всего было бы открывать с момента постановки условно осужденного на учет в уголовно-исполнительной инспекции. Дело в том, что вступление приговора суда в законную силу само по себе решает проблему возникновения уголовно-исполнительных отношений лишь формально. В соответствии с п. 12 Инструкции по организации исполнения наказаний и мер уголовно-правового характера без изоляции от общества4 5 днем постановки осужденного на учет инспекции считается день регистрации поступившей из суда копии приговора. Это значит, что до такого поступления осужденный остается вне фактического контроля компетентного органа. Контрольные сроки пересылки письменной корреспонденции Почтой России, например, по внутригородской территории, составляют 2 дня 6, а фактически могут составлять до 10 суток. Период лишь юридического течения уголовно-исполнительных отношений увеличится, если условно осужденный начнет уклоняться от постановки на учет инспекции. На практике довольно большое распространение получают случаи несвоевременного вызова осужденного в инспекцию либо направления повесток по адресам, по которым осужденный отсутствует. В итоге сотрудники инспекции лишаются возможности разъяснить осужденному его права, обязанности, порядок и условия отбывания наказания, в результате чего постановка на учет откладывается вплоть до проведения первоначальных мероприятий по розыску условно осужденного (подп. «з» п. 7 Положения об уголовно-исполнительных инспекциях).

Суммируя время, необходимое для организации работы по фактическому началу исполнения провозглашенного приговора, мы можем получить его среднее значение до двух месяцев и более. Такой срок оказывается вполне реальным, если осужденный захочет принести в апелляционном порядке жалобу на приговор или начнет уклоняться от постановки на учет в инспекции. В течение этого времени он юридически будет находиться в режиме испытания, а фактически – нет. Сохранять неопределенность правового положения условно осужденного на такой длительный срок ни криминологически, ни юридически необоснованно.

Данные официальной статистической отчетности ФСИН России позволяют охарактеризовать начальный период испытательного срока как наиболее рецидивоопасный, а потому наиболее ответственный в профилактическом отношении. Так, в абсолютном значении количество условно осужденных, в отношении которых были возбуждены уголовные дела за совершение повторного преступления до постановки на учет в уголовно-исполнительной инспекции и в первые три месяца после постановки на него, составило соответственно: в 2009 г. – 6921 и 4693, в 2010 – 6871 и 6002, в 2011 – 6648 и 6541, в 2012 – 7133 и 7197, в 2013 г. – 6467 и 59005. Приведенные сведения со всей очевидностью показывают, что количество преступлений, совершаемых в период от провозглашения приговора до постановки на учет, не только сравнимо со значением преступлений в первые 3 месяца после постановки на него, но и несколько выше – в среднем на 10,9 % за исследуемый период. При этом необходимо учитывать, что выявляемость преступлений условно осужденных, несомненно, выше выявляемости их уклонения от возложенных судом обязанностей.

Исключение из течения испытательного срока значительного отрезка времени от провозглашения приговора до вступления его в законную силу лишает возможности признания неуспешным прохождение осужденным испытания даже в случае допущения им правонарушающего поведения, ведения антиобщественного образа жизни, компрометирует оказанное судом доверие в части принятия решения об освобождении лица от реального отбывания наказания. В этом случае ни продлить испытательный срок, ни отменить условное осуждение не представится возможным, что противоречит не только здравому смыслу, но и законным предположениям в отношении условного назначения наказания.

То, что в рассматриваемый период осужденный находится в фактически криминогенной ситуации бесконтрольности со стороны уголовно-исполнительной инспекции, не может оправдать выведение рассматриваемого отрезка времени за юридические рамки испытательного срока. Действительно, в соответствии с ч. 2, 3 ст. 74 УК РФ испытательный срок продлевается, а само условное осуждение отменяется судом по представлению уголовно-исполнительной инспекции. Закономерно, что до постановки на учет подготовка такого представления никем не может быть осуществлена, поскольку сотрудники инспекции просто не знают о существовании условно осужденного и тем более о совершенном им уклонении от возложенных обязанностей или административном правонарушении.

Вместе с тем недостатки (пусть и объективные) организации уголовно-исполнительного процесса не могут элиминировать значение правонарушающего поведения условно осужденного как юридического факта, влекущего за собой изменение правоотношения уголовной ответственности и соответствующее изменение уголовно-исполнительных правоотношений. Испытание осужденного как своего рода уголовно-правовой режим не может зависеть от осуществления внешнего контроля за его поведением. В центре испытания всегда находится личность преступника, свойства которой проверяются на предмет исправления без реального отбывания наказания. Успех прохождения испытания во многом зависит от самого осужденного, его нравственных и волевых качеств. Допущение правонарушающего поведения на любом отрезке испытательного срока свидетельствует о неудачности испытания. Вот почему исключение времени от провозглашения приговора до постановки на учет из-под активного действия уголовного закона при условном осуждении является недопустимым6.

Еще один аргумент, опровергающий инертность уголовного закона к периоду от провозглашения приговора до вступления его в законную силу, содержит положение ч. 6 ст. 74 УК РФ. Согласно данной норме совершение осужденным преступления до вступления приговора, предусматривающего условное осуждение, в законную силу имеет значение юридического факта, способного составить основание для отмены условного осуждения и соответственно изменения уголовно-исполнительных отношений, существование которых на данный период законодателем предполагается.

Принимая провозглашение обвинительного приговора суда в качестве отправного момента возникновения уголовно-исполнительных отношений, мы автоматически вынуждены признать его же и отправной точкой перехода уголовной ответственности в исполнительную стадию реализации. Вместе с тем обращение к УК РФ не позволяет в полной мере подтвердить данный вывод. Коллизия в праве начинает проявлять себя при обращении к законодательному регулированию института судимости7.

В соответствии с ч. 1 ст. 86 УК РФ судимым осужденное за совершение преступления лицо считается со дня вступления обвинительного приговора суда в законную силу. Закрепляя данное положение, уголовный закон недвусмысленно оставил за рамками судимости период от провозглашения приговора до приобретения им силы закона. Таким образом, включив в содержание нормы ч. 3 ст. 73 УК РФ правило зачета в испытательный срок времени, прошедшего со дня провозглашения приговора, предусмотрев в ч. 6 ст. 74 УК РФ возможность отмены условного осуждения в случае совершения осужденным повторного преступления до вступления приговора в законную силу и отказавшись от применения того же самого принципа в ч. 1 ст. 86 УК РФ, законодатель создал противоречие в праве, допустив активное воздействие уголовного и уголовно-исполнительного законодательства на лицо, судимость у которого юридически еще не наступила. Принимая во внимание это важное обстоятельство, позволим себе указать на непоследовательность законодателя в части урегулирования момента возникновения состояния судимости. В целях восстановления единообразного законодательного подхода к определению юридического значения провозглашения приговора, регулированию начала уголовно-исполнительной стадии реализации отношения уголовной ответственности, соотнесения его с моментом возникновения судимости целесообразно дополнить ч. 1 ст. 86 УК РФ положением, аналогичным тому, которым заканчивается формулировка ч. 3 ст. 73 УК РФ: «В срок судимости засчитывается время, прошедшее со дня провозглашения приговора». Это решение позволит ликвидировать неопределенность правового статуса различных категорий осужденных на значительном отрезке времени после провозглашения обвинительного приговора в том случае, если последний, будучи обжалованным в порядке 45.1 УПК РФ, не отменится вышестоящей инстанцией.

В том случае если приговор будет отменен, проблема правового статуса осужденного решится автоматически, судимость аннулируется, изменятся и юридически значимые последствия.

1.2 Особенности развития уголовно-исполнительных правоотношений на современном этапе

Существующая система правоотношений находится в постоянной динамике, отражая процесс развития общества. Уголовно-исполнительные правоотношения, являясь элементом данной системы, подчинены тенденциям совершенствования уголовно-исполнительного права и законодательства, а также правоприменительной практики. В качестве одного из основных факторов, влияющих на развитие указанных правоотношений, выступает реализуемая государством политика в сфере исполнения уголовных наказаний. Именно последняя предопределила процесс формирования уголовно-исполнительного права как самостоятельной отрасли права и, как следствие, самостоятельность уголовно-исполнительных правоотношений.

Смещение акцента на самостоятельность уголовно-исполнительных правоотношений является ключевым в рассматриваемой нами проблеме. Собственно, только данный признак отграничивает существующие правоотношения друг от друга, что позволяет определить перспективы их развития в будущем.

Вопрос о сущности и содержании уголовно-исполнительных (исправительно-трудовых) правоотношений всегда был дискуссионным и, как правило, выступал следствием признания самостоятельности уголовно-исполнительного права8.

Так, некоторые ученые (А. А. Герцензон, А. А. Пионтковский) утверждали, что исправительно-трудовое право является подотраслью уголовного права, поскольку при назначении и исполнении наказания преследуются одни и те же цели, а правовая основа исполнения наказания развивает, конкретизирует само наказание.

Другие ученые (С. С. Алексеев, О. Э. Лейст) считали, что эта отрасль права, частично обеспечивая реализацию уголовно-правовых правоотношений и определяя таким образом процедуру исполнения наказания, являет собой продолжение уголовно-процессуальной отрасли права.

Тем не менее по мере своего развития исправительно-трудовое право стало считаться самостоятельной отраслью права. Этого мнения придерживались ведущие ученые-пенитенциаристы, стоявшие у истоков формирования данной отрасли: Н. А. Стручков, А. Е. Наташев, М. П. Мелентьев, В. П. Артамонов, Ю. М. Ткачевский, А. С. Михлин, А. И. Зубков и др.

В настоящее время, когда на смену исправительно-трудовому пришло уголовно-исполнительное право и в целом определился его предмет – общественные отношения, складывающиеся при исполнении всех уголовных наказаний, утверждение о том, что уголовно-исполнительное право и, как следствие, уголовно-исполнительные правоотношения не являются самостоятельными, потеряло свою актуальность9.

Однако представление о том, что уголовно-исполнительные правоотношения охватывают своим предметом исключительно процесс исполнения уголовных наказаний, назначенных приговором суда исходя из оценки действующего уголовно-исполнительного законодательства, представляется не вполне состоятельным. В частности, это касается правовых институтов, основа которых закреплена в уголовно-исполнительном законодательстве, а часть содержания отражена в иных нормативных правовых актах, то есть налицо их комплексный характер.

Вопрос о данном свойстве уголовно-исполнительного права вообще и уголовно-исполнительных правоотношений в частности уже поднимался в юридической литературе. Так, отдельные авторы признавали исправительно-трудовое право комплексной отраслью в силу того, что оно включало в себя нормы многих отраслей права и соответственно распространяло указанное свойство отрасли и на образующиеся правоотношения.

Проанализируем сложившуюся ситуацию с точки зрения основных признаков, присущих уголовно-исполнительным (исправительно-трудовым) правоотношениям (см. Приложение А).

Во-первых, они являются частью существующих в данном обществе отношений между людьми.

Во-вторых, они служат средством перевода норм уголовно-исполнительного права в плоскость индивидуализированных связей субъективных прав и юридических обязанностей.

В-третьих, они урегулированы нормами уголовно-исполнительного законодательства.

В-четвертых, отношения между субъектами осуществляются через их юридические права и обязанности на основе норм уголовно-исполнительного права.

В-пятых, уголовно-исполнительные правоотношения характеризуются наличием специальных субъектов этих правоотношений – учреждений и органов, исполняющих наказания, и лиц, осужденных к уголовным наказаниям.

В-шестых, они поддерживаются принудительной силой государства.

Так выглядят основные признаки уголовно-исполнительных правоотношений. В нашем случае два из них, касающиеся регулирования данных правоотношений исключительно нормами уголовно-исполнительного закона и определения круга специальных субъектов, участвующих в уголовно-исполнительных правоотношениях, свидетельствуют об изменении их характера.

Например, отдельные положения уголовно-исполнительного законодательства касаются правового положения лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, а также лиц, отбывших уголовное наказание, что позволяет рассматривать последних в качестве субъектов уголовно-исполнительных правоотношений. Кроме того, правовой статус указанных категорий регулируется не только уголовно-исполнительным законодательством, что свидетельствует об их комплексном характере. Речь, в частности, идет об особенностях правового регулирования такой меры пресечения, как заключение под стражу, а также о постпенитенциарной ресоциализации лиц, отбывших уголовное наказание, и осуществлении социального контроля за ними.

Таким образом, рассуждения о расширении уголовно-исполнительных правоотношений и признании их комплексного характера вполне состоятельны. В то же время они вступают в определенное противоречие с положениями доктрины уголовно-исполнительного права10.

На наш взгляд, возможны два варианта решения указанной проблемы (см. Приложение Б).

Во-первых, это признание на доктринальном уровне комплексного характера уголовно-исполнительных правоотношений. Исходя из тенденций развития уголовно-исполнительного законодательства можно предполагать, что государство идет именно по данному пути.

Во-вторых, вполне допустимым считаем выделение отдельных групп правоотношений с самостоятельным объектом и содержанием. В частности, если говорить об уже упоминавшихся лицах, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, то, по мнению отдельных авторов, можно вести речь о существовании самостоятельной отрасли (подотрасли) «стражного права» и соответственно «стражных» правоотношений, а в связи с лицами, отбывшими уголовное наказание, допустимо употреблять термин «постпенитенциарные правоотношения».

Кроме того, в случае закрепления правового положения лиц, отбывших наказание в виде лишения свободы, на уровне самостоятельного нормативного акта можно говорить о существовании самостоятельной отрасли (подотрасли) права с аналогичным названием.

Безусловно, возможны и другие способы решения указанной проблемы. Тем не менее обозначенные направления, как и иные варианты развития уголовно-исполнительных правоотношений, бесспорно, имеют право на существование. Основополагающим фактором при их реализации должен стать процесс взаимозависимости уголовно-исполнительной политики и доктрины уголовно-исполнительного права.


2 Особенности и содержание уголовно-исполнительных правоотношений

2.1 Информационный аспект уголовно-исполнительных правоотношений

Концепция развития уголовно-исполнительной системы Российской Федерации до 2020 года ставит, в частности, задачи по повышению эффективности управления уголовно-исполнительной системой, в том числе путем формирования современной информационной и телекоммуникационной инфраструктуры, внедрения современных технологий и технических средств в практику исполнения наказаний. Выполнение поставленных задач тесно связано с развитием правовой регламентации информационных процессов, возникающих в деятельности подразделений ФСИН России11.

Один из ключевых, с нашей точки зрения, вопросов, который необходимо разрешить, надо сформулировать таким образом: возможно ли рассматривать информационные взаимосвязи в рамках только информационных правоотношений либо это можно эффективно сделать и в пределах иных правовых взаимосвязей, например уголовно-исполнительных правоотношений?

Существует достаточно много исследований, авторы которых показывают возможность рассмотрения информационных начал различных отраслей права. Так, по мнению М. И. Брагинского, «...права и обязанности, связанные с движением информации, по общему правилу, входят составной частью в содержание более общего правоотношения... Будучи тесно связанным с основным правоотношением, информационное правоотношение обладает его важнейшими структурными особенностями, которые определяют отраслевую принадлежность информационного правоотношения». Исходя из этого он высказывает мнение о существовании административных информационных, гражданских информационных и иных отраслевых информационных правоотношений и полагает, что «информационные отношения обычно не составляют самостоятельного объекта правового регулирования… нормы, которые их регламентируют, входят в состав той отрасли права, которая регулирует основные отношения». Таким образом, информационное отношение представляется вторичным по отношению к основному отраслевому.

Исследуя трудовые правоотношения, В. И. Савич делает вывод: «...поскольку в любом правоотношении права и обязанности по поводу передачи информации имеют много общего и, главное, одинаковое содержание, то представляется возможным эту правовую связь по поводу информации обозначить как информационное правоотношение, не отрывая его от отраслевого, так как информационное правоотношение может существовать только в рамках отраслевого, являясь его неотъемлемой частью, его элементом». Схожую позицию занимает В. А. Дозорцев: «Информационные отношения чрезвычайно разнообразны, они имеют очень много объектов, каждому из которых соответствуют свои методы регулирования».

Что является критерием для определения вида правоотношения? Согласно одной из распространенных точек зрения определяющим здесь выступает объект правоотношения12.

В соответствии с рассматриваемой позицией правовая природа объекта правоотношения прежде всего и определяет вид самой правовой взаимосвязи. Например, если объектом правоотношения выступает недвижимое имущество, следовательно, речь идет о гражданско-правовых отношениях; если объектом является свидание осужденного, то мы имеем уголовно-исполнительные правоотношения; если подразумевается информация, то проводится анализ информационного правоотношения.

Однако существует и другая, с нашей точки зрения, более оправданная позиция, в соответствии с которой классификация правоотношения только по признаку объекта не всегда позволяет разграничить между собой правоотношения различной природы. Один и тот же объект может иметь правоотношения с разными субъектами, неодинаковым характером и отличающимися методами правового регулирования. Например, считается, что объектом уголовно-исполнительных правоотношений являются продукты питания, приобретаемые осужденными. Вместе с тем понятно, что продукты питания могут быть объектом и гражданско-правового, и административного, и уголовно-исполнительного отношения. Каждое из них, несмотря на один объект, обладает собственным субъективным составом, характером и урегулировано нормами разных отраслей права. Причем это могут быть действительно физически одни и те же продукты, но в одном случае между осужденными и государством в лице сотрудников УИС складываются уголовно-исполнительные правоотношения, а в другом случае – между администрацией исправительного учреждения и торговой организацией, у которой указанные продукты были закуплены, складываются гражданско-правовые отношения13.

Подобную ситуацию можно объяснить тем, что критерием для выделения предмета регулирования той или иной отрасли права является не только объект общественных отношений, но и другие особенности отношений, прежде всего характер связи субъектов отношения (основанный на координации либо, напротив, на началах субординации), основания возникновения, изменения, прекращения правоотношения (юридическими фактами). Правоотношения существенно различаются своим субъектным составом. Таким образом, для определения юридической природы правоотношения необходимо анализировать все его структурные элементы, среди которых в первую очередь выделяются: субъекты, объект и содержание, а также юридические факты. Постараемся применить данный подход к разрешению поставленного нами основного вопроса.

В соответствии с плюралистическим пониманием природы объектов уголовно-исполнительных правоотношений ими являются материальные и нематериальные блага, по поводу которых возникают правоотношения в сфере исполнения и отбывания наказаний. Основанием возникновения части правоотношений данного рода является стремление осужденных или сотрудников УИС получить информацию определенного вида. В некоторых случаях нормы уголовно-исполнительного права напрямую указывают на информацию как на объект регламентируемого правоотношения. В качестве иллюстрации правоотношений такого рода можно выделить взаимосвязи, регламентированные ч. 1 ст. 12, ст. 17, ч. 1 ст. 28 УИК РФ.

Вместе с тем чаще всего встречается другая ситуация, когда, на первый взгляд, объектом уголовно-исполнительных правоотношений становятся материальные объекты. Однако при более вдумчивом анализе становится понятно, что субъектов правоотношения интересует не сам предмет по себе, а информация, на нем зафиксированная. Примерами правовых норм, регламентирующих подобного рода правоотношения, может служить содержание ст. 35, 37, 61, 159 УИК РФ. Хотелось бы обратить внимание на то, что для понимания сути правоотношения, с нашей точки зрения, необходимо выделить конкретный интерес, ту цель, которую преследуют участники уголовно-исполнительного правоотношения. Для субъектов может представлять интерес сам носитель информации как материальная вещь, в этом случае предмет и будет являться основным объектом правоотношения. В другом случае участников правоотношения интересует информация, зафиксированная определенным образом, следовательно, именно она и станет основным объектом правоотношения данного рода14.

Необходимо подчеркнуть, что существуют разнообразные формы представления информации, например: импульсы электромагнитного поля, документ на бумажном носителе, фотография, различного рода доказательства. В свою очередь, это приводит к появлению большего количества уголовно-исполнительных правоотношений, имеющих различные внешние характеристики, но, по сути, они направлены на практическую реализацию правил, определяющих информационные процессы исполнения и отбывания наказаний.

На основании изложенного можно заключить, что информация во многих формах ее представления может выступать объектом уголовно-исполнительных правоотношений.

В соответствии с одним из утвердившихся подходов субъектами уголовно-исполнительных правоотношений являются лица, обладающие уголовно-исполнительной правосубъектностью, способные реализовать в правоотношениях субъективные права и юридические обязанности, направленные на выполнение задач, предусмотренных уголовно-исполнительным законодательством15.

В указанной формулировке закреплено несколько критериев определяемого понятия. Первый из них связан с тем, что субъект уголовно-исполнительного права должен обладать уголовно-исполнительной правосубъектностью и следовательно, иметь соответствующие права и обязанности, определяемые нормами уголовно-исполнительного права, а также реальную возможность собственными действиями реализовывать упомянутые права и исполнять возложенные обязанности. Необходимо подчеркнуть, что данные требования должны быть закреплены именно нормами уголовно-исполнительного права. Если мы отрицаем данный факт и допускаем возможность закрепления прав и обязанностей субъектов уголовно-исполнительного права иными отраслями права, нам очень сложно будет в дальнейшем вести речь о разграничении отраслей права, как таковых. Именно в этом направлении необходимо исследовать возможности субъектов уголовно-исполнительных правоотношений в информационной среде. В данном случае права и обязанности субъектов определяются нормами уголовно-исполнительного, а не иного права, именно в нормативных документах уголовно-исполнительного характера закрепляется правовой статус участников рассматриваемых правоотношений, которые в соответствии с требованиями права имеют возможность участвовать в информационных процессах пенитенциарного характера.

Второй критерий определяется задачами, для выполнения которых субъекты уголовно-исполнительного права вступают в конкретные уголовно-исполнительные правоотношения. В соответствии с ч. 2 ст. 1 УИК РФ данными задачами являются: регулирование порядка и условий исполнения и отбывания наказаний, определение средств исправления осужденных, охрана их прав, свобод и законных интересов, оказание осужденным помощи в социальной адаптации. Вместе с тем в рамках решения указанных задач могут ставиться дополнительные, которые способствуют достижению указанных ориентиров. К их числу можно и должно отнести задачи информационного характера, причем они не являются самодостаточными и неразрывно связаны с положениями ч. 2 ст. 1 УИК РФ. В рамках уголовно-исполнительных правоотношений возникают информационные взаимосвязи, направленные, главным образом, на регулирование порядка и условий исполнения и отбывания наказаний, определение средств исправления осужденных, охрану их прав, свобод и законных интересов, оказание осужденным помощи в социальной адаптации.

Следовательно, если права и обязанности конкретного субъекта правоотношения регламентируются нормами уголовно-исполнительного права и данный субъект реализует указанные правовые возможности для достижения целей, определенных опять-таки уголовно-исполнительным законом, то рассматриваемое лицо будет считаться субъектом именно уголовно-исполнительных правоотношений, в том числе при выполнении действий информационного содержания.

С нашей точки зрения, именно комплексный взгляд может помочь определить, участником каких правоотношений является конкретное лицо.

В соответствии с общепризнанными нормами в содержании правоотношения можно выделить материальную и юридическую составляющие. Материальное содержание правоотношения – это фактическое поведение участников конкретной правовой взаимосвязи. Юридическое содержание правоотношения – это взаимные субъективные указанные юридические права и обязанности, связывающие конкретных участников правоотношения, то есть в конкретном уголовно-исполнительном правоотношении праву одного субъекта соответствует обязанность другого, возможность совершить действие одним участником обеспечивается необходимостью обеспечить данную возможность другим. Юридическое содержание уголовно-исполнительных правоотношений – это взятые в единстве специфические права и обязанности субъектов данных правоотношений. Они должны быть регламентированы уголовно-исполнительным законодательством. Следовательно, если в процессе реализации уголовно-исполнительного правоотношения происходит передача информации от одного лица другому в соответствии с правилами, установленными уголовно-исполнительным законодательством, то взаимные права и обязанности участников рассматриваемого правоотношения представляют собой содержание именно уголовно-исполнительного правоотношения.

Правовые нормы, определяющие порядок и условия использования информации в процессе исполнения и отбывания наказания, имеют совершенно конкретную цель своего регулирования (она лежит прежде всего в сфере исполнения и отбывания уголовных наказаний) и используют информационные начала исключительно для достижения данных целей. Например, п. 7 ч. 1 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений содержит требование знакомить вновь прибывших в исправительное учреждение осужденных с разнообразной информацией. Однако эта информация сообщается не просто так, а для предупреждения со стороны осужденных нарушений правил отбывания наказаний. И таких примеров можно привести множество16.

Таким образом, информация может рассматриваться в некоторых случаях как основание возникновения уголовно-исполнительных правоотношений. В процессе исполнения уголовных наказаний возникают взаимосвязи между субъектами правовых отношений по поводу поиска, использования и распространения различных сведений. Правовое положение данных субъектов регламентируется уголовно-исполнительным законодательством. Эти процессы существуют, как правило, только в контексте исполнения (отбывания) наказания. Соответствующие взаимные права и обязанности, составляющие юридическое содержание рассматриваемых правоотношений, регламентируются именно нормами уголовно-исполнительного права.

Таким образом, можно вполне корректно говорить об информационных взаимосвязях в рамках уголовно-исполнительного права. В свою очередь, существование уголовно-исполнительных правоотношений информационного характера позволяет вести речь об информационной составляющей как самого уголовно-исполнительного законодательства, так и процесса исполнения и отбывания наказания. Следовательно, существует возможность использования норм уголовно-исполнительного права для регламентации информационных процессов, возникающих в деятельности уголовно-исполнительной системы.

2.2 Некоторые проблемы субъектного состава уголовно-исполнительных правоотношений

Предметом регулирования уголовно-исполнительного права являются общественные отношения, возникающие в процессе исполнения уголовных наказаний, между осужденными и государством в лице его органов, исполняющих наказания. Данная точка зрения – общепризнанна.

В настоящее время в теории уголовно-исполнительного права наметилась тенденция, направленная на расширение состава участников уголовно-исполнительных правоотношений. К их числу относят органы государственной власти и местного самоуправления, депутатов органов представительной власти, попечительские советы и родительские комитеты, создаваемые при исправительных учреждениях, родственников осужденных, международные организации в лице специальных правовых органов и правозащитных организаций.

Авторы, разделяющие данную точку зрения, основываются на положениях ч.2 ст. 2 УИК РФ, где существенно расширено содержание уголовно-исполнительного законодательства. Помимо таких «традиционных» сфер, как регулирование порядка и условий исполнения и отбывания наказаний, применения средств исправления осужденных, порядка деятельности учреждений и органов, исполняющих наказания, к ведению уголовно-исполнительного законодательства отнесены вопросы применения иных мер уголовно-правового характера, предусмотренных Уголовным кодексом РФ, участия в исправлении осужденных органов государственной власти и местного самоуправления, иных организаций, общественных объединений и граждан, порядок освобождения от наказания и оказания помощи освобождаемым лицам. В Общей и Особенной частях УИК РФ содержатся нормы (ст. ст. 14, 24, 142, 180), конкретизирующие вышеуказанные положения (но их анализ не относится к предмету настоящей статьи).

Вместе с тем следует отметить, что законодатель произвольно расширяет субъектный состав уголовно-исполнительных правоотношений, внося изменения в другую отрасль российского права – уголовное право17.

В частности, в соответствии с ч. 2 ст. 88 УК РФ штраф может быть назначен несовершеннолетнему осужденному как при наличии у него самостоятельного заработка и имущества, на которое может быть обращено взыскание, так и при отсутствии таковых. В последнем случае назначенный несовершеннолетнему штраф по решению суда может взыскиваться с родителей или иных законных представителей осужденного с их согласия.

Следует отрицательно оценить данную новеллу, поскольку она противоречит фундаментальным положениям уголовного права, криминологически необоснованна и лишена уголовно-исполнительного механизма принудительной реализации.

В соответствии со ст. 5 УК РФ лицо подлежит уголовной ответственности только за те общественно опасные действия (бездействие) и наступившие общественно опасные последствия, в отношении которых установлена его вина.

Будучи элементом охранительного уголовно-правового отношения, уголовная ответственность связана с обязанностью претерпевать неблагоприятные последствия, предусмотренные уголовным законом для лица, совершившего преступление. Среди таких последствий на первом месте стоит уголовное наказание. Обвинительный приговор суда, поскольку им применяется санкция конкретной уголовно-правовой нормы к конкретному лицу, реализует на практике указанную обязанность и после вступления в законную силу дает начало уголовно-исполнительным правоотношениям.

Не подлежит сомнению, что лицо, совершившее преступление и бывшее субъектом охранительного уголовно-правового отношения, в случае признания его виновным по приговору суда и назначения ему наказания становится субъектом и уголовно-исполнительного правоотношения. Субъект уголовной ответственности превращается, таким образом, в осужденного – в субъекта, обязанного отбывать уголовное наказание, нести физические, имущественные и моральные лишения, составляющие его сущность18.

Однако анализируемая нами норма искусственно разрывает взаимосвязь между охранительным уголовным и уголовно-исполнительным правоотношением.

Несовершеннолетний преступник, будучи в полной мере субъектом уголовной ответственности и адресатом государственного порицания, выраженного в обвинительном приговоре, не становится полноценным осужденным, поскольку обязанность отбывать назначенное ему наказание возлагается на третьих лиц, преступления не совершавших.

Представляется, что здесь не может идти речи и об ответственности родителей за «плохое воспитание своего ребенка». Статей 156 УК РФ предусмотрен самостоятельный состав преступления – «неисполнение или ненадлежащее исполнение обязанностей по воспитанию несовершеннолетнего родителем или иным лицом, на которое возложены эти обязанности». В случае совершения родителем такого деяния возникнут новые уголовно-правовые отношения, субъектом которых он и станет. При условии осуждения за указанное преступление и назначении наказания данное лицо будет привлекаться к участию в уголовно-исполнительных правоотношениях. Однако никакой связи с преступлением, совершенным несовершеннолетним, в данном случае не будет.

В соответствии с ч. 2 ст. 43 УК РФ и ч. 1 ст. 1 УИК РФ одной из целей применения наказания является исправление осужденного. Под этим понимается формирование у него уважительного отношения к человеку, обществу, труду, нормам, правилам и традициям человеческого общежития (ч. 1 ст. 9 УИКРФ). Таким образом, исправление предполагает осознание лицом неправильности, неправомерности своих действий, их осуждение, формирование чувства раскаяния и желания изменить свое поведение в будущем19.

Представляется, что уплата штрафа за несовершеннолетнего его родителями или иными лицами вряд ли способна породить у него угрызения совести, нравственные переживания и стремление изменить свое поведение. Скорее это укрепит чувство фактической безнаказанности, породит уверенность в том, что взрослые «за все заплатят», «решат проблему», и создаст психологическую основу для продолжения противоправной деятельности.

Регулируя порядок и условия исполнения и отбывания уголовных наказаний, УИК РФ предусматривает и последствия злостного уклонения от их отбывания. Применительно к штрафу последствия злостного уклонения от его уплаты дифференцированы в зависимости от того, в качестве какого наказания – основного или дополнительного – он был назначен.

В соответствии с ч. 2 ст. 32 УИК РФ в отношении осужденного, злостно уклоняющегося от уплаты штрафа, назначенного в качестве основного наказания, судебный пристав-исполнитель направляет в суд представление о замене штрафа другим видом наказания. Согласно ч. 5 ст. 46 УК РФ такая замена осуществляется другими наказаниями в пределах санкции статьи Особенной части УК РФ, по которой лицо было осуждено. В случае злостного уклонения от уплаты штрафа, назначенного в качестве дополнительного наказания, судебный пристав-исполнитель на основании ч. 3 ст. 32 УИК РФ производит принудительное взыскание штрафа в порядке, предусмотренном гражданским законодательством РФ и федеральным законом «Об исполнительном производстве».

Следует отметить, что данный порядок принуждения к добровольному исполнению обязанности по уплате штрафа не срабатывает в том случае, если, согласившись выплатить штраф, назначенный несовершеннолетнему преступнику, его родители или законные представители по тем или иным причинам в дальнейшем откажутся от уплаты.

Дело в том, что судебный пристав-исполнитель может применить меры, предусмотренные ч. ч. 2 и 3 ст. 32 УИК РФ только в отношении лица, злостно уклоняющегося от уплаты штрафа20.

Таковым, в соответствии с ч. 1 ст. 32 УИК РФ может быть признан только осужденный, не уплативший штраф либо его часть в установленный законом срок.

Поскольку на осужденного несовершеннолетнего не возложена обязанность по уплате штрафа, он не может нести ответственность ни в порядке, предусмотренном ч. 5 ст. 46 УК РФ, ни в гражданско-правовом порядке. В то же время третьи лица, взявшие на себя обязанность по уплате штрафа и фактически допустившие злостное уклонение от его уплаты, не могут быть привлечены к какому-либо виду юридической ответственности, поскольку они не являются осужденными.

Таким образом, уплата штрафа вместо несовершеннолетнего преступника третьими лицами становится в полной мере делом их доброй воли. Уголовно-исполнительное правоотношение, возникающее после вступления в законную силу такого «странного» приговора суда не снабжено никаким механизмом принудительной реализации.

На эту проблему было обращено внимание и в юридической литературе. По мнению С. С. Утиной, «фактически создана законодательная основа обмана суда родителями (иными законными представителями) несовершеннолетнего преступника».

Мы далеки от мысли о том, что законодатель действовал в интересах недобросовестных родителей несовершеннолетних преступников. Указанный пробел в законодательстве возник скорее потому, что разработчики поправок в УК РФ упустили из виду объективно существующую взаимосвязь между охранительными уголовно-правовыми и уголовно-исполнительными правовыми отношениями, а также преемственность участвующих в них субъектов.


Заключение

Таким образом проведя исследование на тему «Понятие и состав уголовно-исполнительных правоотношений» следует сделать следующие выводы.

1. Развитие уголовного законодательства ломает устоявшиеся представления о начале уголовно-исполнительной стадии реализации уголовной ответственности с момента вступления обвинительного приговора суда в законную силу. Роль юридического факта, с которым законодатель связывает возникновение уголовно-исполнительных отношений, принимает на себя провозглашение обвинительного приговора суда, что прямо следует из ч. 3 ст. 73 УК РФ, закрепляющей положение о зачете в испытательный срок времени, необходимого для вступления приговора в законную силу.

2. Придание провозглашению обвинительного приговора суда значения юридического факта, с которым необходимо связывать возникновение уголовно-исполнительных отношений, криминологически и юридически обоснованно. Законодательные решения в этом отношении являются разумными. Отмена обвинительного приговора суда ликвидирует юридически значимые последствия данного факта и потому не будет влечь за собой причинения вреда правам и законным интересам несправедливо обвиненного лица.

3. Момент возникновения уголовно-исполнительных отношений должен совпадать с моментом появления уголовно-правового состояния судимости. В противном случае допускается активное действие уголовно-исполнительного законодательства в отношении несудимого лица, например, при условном осуждении. В действующем уголовном законодательстве данное положение последовательно не выдержано, поскольку время от провозглашения обвинительного приговора суда до вступления его в законную силу не учитывается ст. 86 УК РФ. Данное обстоятельство создает неопределенность правового положения осужденного в этот период даже в случае, если обвинительный приговор не будет отменен в апелляционном порядке. Имеющаяся правовая коллизия может быть разрешена посредством дополнения ч. 1 ст. 86 УК РФ, касающегося зачета в срок судимости времени, про шедшего со дня провозглашения приговора.


Глоссарий

№ п/п

Понятие

Определение

1

2

3

1

Арест

вид уголовного наказания, который в соответствии со ст. 54 УК РФ заключается в содержании осужденного в условиях строгой изоляции от общества.

2

Заключение под стражу

мера процессуального пресечения по уголовному делу в отношении подозреваемого или обвиняемого, заключающаяся в его временной изоляции до рассмотрения материалов уголовного дела в суде и вынесения приговора.

3

Законность

Принцип уголовно-исполнительного права. Предполагает в узком смысле строгое и точное соблюдение законов всеми гражданами и должностными лицами.

4

Законные интересы

это интересы, которые касаются не только осужденных, но и их родственников, близких, членов трудовых коллективов, акционеров и др.лиц и сфер деятельности, с которыми осужденный связан теми или иными законными отношениями.

5

Лишение свободы

вид уголовного наказания, который заключается в принудительном помещении осужденного в исправительное учреждение на срок, установленный приговором суда.

6

Лишение свободы на определенный срок

основной вид наказания, который применяется в случаях, когда из характера и степени общественной опасности совершенного преступления и личности виновного для достижения цели исправления необходима его изоляция от общества.

7

Норма уголовно-исполнительного права

это вариант должного поведения участников правоотношений, возникающих по поводу и в процессе исполнения наказания и применения к осужденным мер исправительного воздействия.

8

Норма поведения

наиболее типичные представления социальных предписаний разделяемых обществом, создаваемых организационными системами.

9

Обвиняемый

лицо, в отношении которого ведётся уголовное преследование с того момента, как обвинение в совершении преступления официально сформулировано и оформлено в виде соответствующего документа.

10

Ограничение свободы

вид уголовного наказания, сущность которого образует совокупность обязанностей и запретов, налагаемых судом на осуждённого, которые исполняются без изоляции осуждённого от общества в условиях осуществления за ним надзора со стороны специализированного государственного органа.

11

Подозреваемый

лицо, в отношении которого возбуждено уголовное дело.

12

Суд

государственный орган, осуществляющий правосудие в форме рассмотрения и разрешения уголовных, административных, гражданских и иных категорий дел в установленном законом конкретного государства процессуальном порядке.

13

Уголовно-исполнительный кодекс Российской Федерации

кодифицированный нормативно-правовой акт (федеральный закон), основной источник уголовно-исполнительного права, регулирующий общественные отношения, возникающие в процессе и по поводу исполнения всех видов уголовных наказаний и применения иных мер уголовно-правового характера на территории Российской Федерации.

14

Уголовно-исполнительное право

самостоятельная отрасль права, представляющая собой систему юридических норм, регулирующих общественные отношения, возникающие в процессе и по поводу исполнения всех видов уголовных наказаний и применения иных мер уголовно-правового воздействия.

15

Уголовно-исполнительные правоотношения

это урегулированные нормами уголовно-исполнительного права общественные отношения, возникающие между государством в лице соответствующих органов и осужденными по поводу исполнения и отбывания наказания.


Список использованных источников

Нормативные правовые акты

  1.  Конституция Российской Федерации (принята всенародным голосованием 12.12.1993) (с учетом поправок, внесенных Законами РФ о поправках к Конституции РФ от 30.12.2008 № 6-ФКЗ, от 30.12.2008 № 7-ФКЗ, от 05.02.2014 № 2-ФКЗ) // СЗ РФ. – 2009. - № 4. - Ст. 445.
  2.  Уголовно-исполнительный кодекс Российской Федерации от 08.01.1997 № 1-ФЗ (ред. от 23.06.2014) // СЗ РФ. – 1997. – № 2. – ст. 198.
  3.  Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации от 18.12.2001 № 174-ФЗ (ред. от 21.07.2014) (с изм. и доп., вступ. в силу с 06.08.2014) // Собрание законодательства РФ. - 2001. - № 52 (ч. I). - ст. 4921.
  4.  Об утверждении Инструкции по организации исполнения наказаний и мер уголовно-правового характера без изоляции от общества (Зарегистрировано в Минюсте РФ 25.06.2009 № 14140): Приказ Минюста РФ от 20.05.2009 № 142 (ред. от 27.12.2010) // Российская газета. - № 151. - 2009.

Научная литература

  1.  Геранин, В. В. Уголовно-исполнительное право России [Текст] : учебник для студентов по специальности «Юриспруденция» и направлению «Юриспруденция» / [Геранин В. В. и др.] ; под ред. В. И. Селиверстова ; Московский гос. ун-т им. М. В. Ломоносова, Юридический фак. Москва: НОРМА: ИНФРА-М, 2014 - 447 с. - ISBN 978-5-91768-463-5.
  2.  Досюкова, Т. В. Уголовно-исполнительное право [Текст] : учебник для бакалавров / Т. В. Досюкова, А. А. Рождествина. Москва: Изд-во Омега-Л, 2014 - 259 с. - ISBN 978-5-370-03252-3.
  3.  Зубарев, С. М. Уголовно-исполнительное право [Текст] : краткий курс лекций / С. М. Зубарев. Москва: Юрайт, 2014 – 185 с. - ISBN 978-5-9916-3462-5.
  4.  Кондрат, И. Н. Уголовная политика государства и нормативное правовое регулирование уголовно-процессуальных отношений [Текст] / И. Н. Кондрат. Москва: Форум, 2014 – 206 с. - ISBN 978-5-8199-0605-7.
  5.  Лебедев, С. Я. Уголовно-исполнительное право [Текст] : учебное пособие : для студентов высших учебных заведений, обучающихся по специальности «Юриспруденция» : учебное пособие для студентов высших учебных заведений, обучающихся по специальности 030501 «Юриспруденция» ; Москва : ЮНИТИ : Закон и право , 2014 – 286 с. - ISBN 978-5-238-02513-1.
  6.  Романов, А. К. Уголовно-исполнительное право Российской Федерации [Текст] : лекции : для студентов высших учебных заведений, обучающихся по юридическим специальностям / А. К. Романов. Москва: Форум, 2014 - 492 с. - ISBN 978-5-91134-820-5.
  7.  Селиверстов, В. И. Уголовно-исполнительная политика, законодательство и право. Современное состояние и перспективы развития [Текст] : сборник материалов круглого стола, посвященного памяти доктора юридических наук, профессора, заслуженного юриста Российской Федерации Олега Вадимович Современное состояние и перспективы развития. Москва: Юриспруденция, 2014 - 302 с. - ISBN 978-5-9516-0650-1.
  8.  ФСИН России [Электронный ресурс] – Режим доступа: www.fsin.su/.


Приложение А

Основные признаки, присущие уголовно-исполнительным (исправительно-трудовым) правоотношениям:

они являются частью существующих в данном обществе отношений между людьми.

они служат средством перевода норм уголовно-исполнительного права в плоскость индивидуализированных связей субъективных прав и юридических обязанностей.

они урегулированы нормами уголовно-исполнительного законодательства.

отношения между субъектами осуществляются через их юридические права и обязанности на основе норм уголовно-исполнительного права.

уголовно-исполнительные правоотношения характеризуются наличием специальных субъектов этих правоотношений – учреждений и органов, исполняющих наказания, и лиц, осужденных к уголовным наказаниям.

они поддерживаются принудительной силой государства.


Приложение Б

Рассуждения о расширении уголовно-исполнительных правоотношений и признании их комплексного характера вполне состоятельны. В то же время они вступают в определенное противоречие с положениями доктрины уголовно-исполнительного права.

На наш взгляд, возможны два варианта решения указанной проблемы:

Во-первых, это признание на доктринальном уровне комплексного характера уголовно-исполнительных правоотношений. Исходя из тенденций развития уголовно-исполнительного законодательства можно предполагать, что государство идет именно по данному пути.

Во-вторых, вполне допустимым считаем выделение отдельных групп правоотношений с самостоятельным объектом и содержанием. В частности, если говорить об уже упоминавшихся лицах, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, то, по мнению отдельных авторов, можно вести речь о существовании самостоятельной отрасли (подотрасли) «стражного права» и соответственно «стражных» правоотношений, а в связи с лицами, отбывшими уголовное наказание, допустимо употреблять термин «постпенитенциарные правоотношения».

1 О внесении изменений в статьи 73 и 74 Уголовного кодекса Российской Федерации и статью 189 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации: Федеральный закон от 29.03.2010 № 33-ФЗ // Собрание законодательства РФ. - 2010. - № 14. - ст. 1553.

2 Геранин, В. В. Уголовно-исполнительное право России. Москва: НОРМА: ИНФРА-М, 2014 – С. 41.

3 Романов, А. К. Уголовно-исполнительное право Российской Федерации. Москва: Форум, 2014 – С. 63.

4 Об утверждении Инструкции по организации исполнения наказаний и мер уголовно-правового характера без изоляции от общества (Зарегистрировано в Минюсте РФ 25.06.2009 № 14140): Приказ Минюста РФ от 20.05.2009 № 142 (ред. от 27.12.2010) // Российская газета. - № 151. - 2009.

5 ФСИН России [Электронный ресурс] – Режим доступа: www.fsin.su/.

6 Геранин, В. В. Уголовно-исполнительное право России. Москва: НОРМА: ИНФРА-М, 2014 – С. 42-43.

7 Романов, А. К. Уголовно-исполнительное право Российской Федерации. Москва: Форум, 2014 – С. 65.

8 Зубарев, С. М. Уголовно-исполнительное право. Москва: Юрайт, 2014 – С. 78.

9 Геранин, В. В. Уголовно-исполнительное право России. Москва: НОРМА: ИНФРА-М, 2014 – С. 44.

10 Романов, А. К. Уголовно-исполнительное право Российской Федерации. Москва: Форум, 2014 – С. 66-67.

11 Кондрат, И. Н. Уголовная политика государства и нормативное правовое регулирование уголовно-процессуальных отношений. Москва: Форум, 2014 – С. 33.

12 Досюкова, Т. В. Уголовно-исполнительное право. Москва: Изд-во Омега-Л, 2014 – С. 65.

13 Лебедев, С. Я. Уголовно-исполнительное право. Москва : ЮНИТИ : Закон и право , 2014 – С. 53.

14 Кондрат, И. Н. Уголовная политика государства и нормативное правовое регулирование уголовно-процессуальных отношений. Москва: Форум, 2014 – С. 34-35.

15 Досюкова, Т. В. Уголовно-исполнительное право. Москва: Изд-во Омега-Л, 2014 – С. 66-67.

16 Кондрат, И. Н. Уголовная политика государства и нормативное правовое регулирование уголовно-процессуальных отношений. Москва: Форум, 2014 – С. 36.

17 Досюкова, Т. В. Уголовно-исполнительное право. Москва: Изд-во Омега-Л, 2014 – С. 68.

18 Лебедев, С. Я. Уголовно-исполнительное право. Москва : ЮНИТИ : Закон и право , 2014 – С. 55-56.

19 Селиверстов, В. И. Уголовно-исполнительная политика, законодательство и право. Современное состояние и перспективы развития. Москва: Юриспруденция, 2014 – С. 111.

20 Лебедев, С. Я. Уголовно-исполнительное право. Москва : ЮНИТИ : Закон и право , 2014 – С. 58.

PAGE   \* MERGEFORMAT 2



 

Другие похожие работы, которые могут вас заинтересовать.
1331. Возможности использования криминалистики в деятельности уголовно-исполнительных инспекциях 66.99 KB
  В последнее десятилетие в России она претерпела значительные изменения приобрела ряд особенностей одна из которых заключается в поиске и правовом закреплении системы наказаний и мер без изоляции от общества механизма их реализации с тем чтобы они стали реальной альтернативой лишению свободы. С момента принятия Уголовного и Уголовно-исполнительного кодексов Российской Федерации многое уже сделано в сфере применения альтернативных наказаний: введены новые правовые институты обязательные работы ограничение свободы усовершенствована...
21782. Понятие, содержание и виды правоотношений 21.97 KB
  Сделки являются наиболее распространенными основаниями возникновения гражданских правоотношений посредством которых участники экономического оборота реализуют свою гражданскую правоспособность. Поэтому в первой главе своей контрольной я раскрою понятие сделки и рассмотрю наиболее важные на мой взгляд классификации сделок. Так же я раскрою понятие и условия недействительной сделки. Необходимой частью любой сделки служит волеизъявление т.
6352. Понятие, содержание и виды гражданских правоотношений 16.11 KB
  Состав гражданского правоотношения. Структура и состояние гражданского правоотношения Л. в России гражданское право отделилось от общей системы права начали развиваться идеи относительно предмета гражданско-правового регулирования – гражданских правоотношениях. Таким образом гражданские правоотношения – это правовые связи между участниками общественного отношения урегулированные нормами гражданского права...
21623. Содержание и динамика правоотношений купли-продажи автотранспортных средств 89.25 KB
  Продолжающееся экономическое развитие России, её интеграция в мировое и, в том числе, европейское сообщество, ведет к увеличению интенсивности имущественных отношений участников гражданского оборота. Гражданско-правовой договор как универсальный регулятор индивидуальных имущественных отношений сохраняет за собой центральное место среди инструментов, опосредующих эти отношения.
12754. Институт неоконченного преступления, его содержание и особенности доказывания 103.16 KB
  Понятие неоконченного преступления и его признаки. Понятие преступления является ключевой центральной категорией уголовного права. Правильное понимание преступления имеет значение не только для правоохранительных органов и судов но и граждан.
15068. Механизм реализации личных прав и свобод человека: содержание и особенности функционирования 422.07 KB
  Совокупность благоприятных условий и средств, обеспечивающих выполнимость прав человека и гражданина, именуется гарантиями. В зависимости от сферы распространения существуют международные и внутригосударственные гарантии прав человека.
7487. Денежный оборот: его содержание и структура. Особенности денежного оборота при различных моделях экономики 9.08 KB
  Денежный оборот страны отражая движение денег представляет собой сумму всех платежей совершенных предприятиями организациями и населением в наличной и безналичной формах за определенный период времени. Безналичный оборот – это сумма платежей за определенный период времени совершенных без использования наличных денег путем перечисления денежных средств по счетам клиентов в кредитных организациях или взаимных расчетов. Поступления безналичных средств на счета в банке – непременное условие для выдачи наличных денег. При системе...
18417. Правовые основы регулирования системы местных исполнительных органов 64.51 KB
  Правовая характеристика отдельных институтов местных исполнительных органов Республики Казахстан. Правовые механизмы регулирования региональных исполнительных органов власти Республики Казахстан. За годы становления независимости была проведена большая работа по комплексной разработке и принятию законодательства Республики Казахстан об органах государственной власти регионального уровня...
14516. Межкультурный подход в обучении ИЯ. Аспект взаимодействия культур при изучении ИЯ. Содержание межкультурной компетенции. Лингвострановедение: понятие, содержание 10.38 KB
  Языки должны изучаться в неразрывном единстве с миром и культурой народов говорящих на этих языках. Большинство зарубежных исследователей акцентировали свое внимание на необходимости включать элементы культуры не только в цель но и в содержание обучения учебному предмету иностранный язык в то время как отечественные методисты усматривали ранее общеобразовательное значение иностранных языков только в ознакомлении с культурой страны изучаемого языка. Преодоление коммуникативных препятствий что как известно составляет содержание...
17953. Компетенция представительных и исполнительных органов власти в области финансовой деятельности 203.46 KB
  Основной задачей названных органов является осуществление в пределах своей компетенции последующего государственного финансового контроля на территории соответствующего субъекта РФ или региона РФ. Задание 3 Валютные операции их участники и правила осуществления Под валютными операциями понимаются: приобретение резидентом у резидента и отчуждение резидентом в пользу резидента валютных ценностей на законных основаниях а также использование валютных ценностей в качестве средства платежа; ...
© "REFLEADER" http://refleader.ru/
Все права на сайт и размещенные работы
защищены законом об авторском праве.